Книга Дьявольские шутки, страница 138 – Лизз Демаро

Рагиро не отвечал. Они с Райнером никогда не были особо близки, никогда не считали друг друга семьей и никогда нормально не разговаривали. Просто в один момент Райнер больше не захотел выходить в море, остался жить на острове и позволил Рагиро жить вместе с ним. Просто в один момент Рагиро обрёл единственного родного человека, переехал в его дом и поверил в то, что даже у него может быть обычная жизнь.

— Тебе стоит уйти, Райнер, — прошипел Эйлерт, но Райнер на него даже не посмотрел.

— Нет, — наконец, заговорил Рагиро. — Нам действительно стоит поговорить. При чём уже очень давно. Не мог бы ты..? — он не договорил, поднялся с кровати, чуть пошатнувшись, и остановился рядом с Лертом.

Они посмотрели друг другу в глаза, словно мысленно о чем-то переговаривались.

«Ты уверен?» — спрашивал Эйлерт.

«Уверен», — отвечал Рагиро.

Эйлерт молча вышел, с трудом поборов желание намеренно не задеть Райнера.

* * *

— Знаешь, это был лучший секс в моей жизни, — тихо произнёс Грэм.

Они с Ханной лежали на песке, едва ли прикрывшись одеждой, и оба были довольны. Она положила голову ему на грудь, пальцами рисовала незамысловатые узоры на его коже и не хотела, чтобы эта ночь заканчивалась.

— Ты настоящая ведьма, — продолжал Грэм.

Он гладил Ханну по голове, перебирая темные волосы и не сводя глаз с темного неба, на котором виднелись редкие звёзды.

— Как ты догадался? — съязвила Ханна, усмехнувшись.

— Я не об этом, — нахмурился Грэм, и гадалка рассмеялась, уткнувшись носом ему в грудь.

— Я поняла, о чем ты, старпом. И я ведь предупреждала тебя, что ни одна шлюха не подарит тебе такого наслаждения, как я, — она приподнялась и коротко поцеловала его в уголок губ.

Оба отчаянно желали, чтобы солнце никогда не взошло.

* * *

Олден и Изэль шли молча, без особой цели, просто прогуливаясь по узким улочкам. Люди им на глаза попадались редко, а те, кто попадался, обходили стороной, не желая приближаться. Обоих такой порядок вещей вполне устраивал: лишнее внимание раздражало. В тишине им удавалось побыть довольно редко: Олден постоянно находился с командой, Изэль — в таверне.

Небо быстро потемнело, но ни ветра, ни холода они не чувствовали.

— Почему ты здесь? — первым заговорил Олден. — Я думал, ты останешься дома с дочкой.

Изэль спокойно улыбнулась: он говорил одно, имея в виду совсем другое, и она очень хорошо его поняла. Покачала головой и взяла за руку, впервые проявив настолько открытый жест симпатии.

— Моя мать отдала жизнь много лет назад за то, чтобы вся её команда вернулась живой. Не уверена, что у меня есть право остаться в стороне сейчас. Да я и не хочу, — призналась Изэль. — Дочка сейчас с моей подругой и помощницей, дома, в безопасности, так что о ней переживать не стоит.

Олден всегда удивлялся её спокойствию. Что бы ни происходило, Изэль умела держать себя в руках, умела улыбаться в любой ситуации и умела всех привести в чувство. Возможно, поэтому у неё хорошо получалось управлять таверной. А возможно, она стала такой как раз потому, что ей пришлось заняться делами «Эгерии».

— Хочешь отомстить за неё? — не удержался от такого личного вопроса Олден, только немногим позже задумавшись, что вопрос мог быть неприятен. Но Изэль только кивнула. — Тогда держись там рядом со мной. Я защищу тебя.