Книга В этих гнилых стенах, страница 40 – Кристина Той

— Да не за что.

Вообще‐то это мне было за что благодарить Киру. Но я только молча положил руку ей на плечо, слегка прижав к себе. Забавно, она едва доставала до моего плеча.

— Я пойду, – прошептала она, обернувшись, и поспешила на скорорельс, на прощанье еще раз махнув рукой.

* * *

Вечером, вернувшись с подработки, где разгружал пончики, у своих дверей я увидел Марго. Руки ее тряслись, и, обхватив мою ладонь своими, она умоляюще смотрела на меня:

— Пойдем со мной.

Вечер был поздний, и я ужасно не хотел никуда идти. Весь день колесил по магазинам, закупая с водителем тонны продуктов, а потом половину вечера выгружал все в кафе. Руки ужасно болели. Но я послушно поплелся следом.

— В общем… Митя, рассказывай, – сказал Айзек, нервно поправляя очки.

Я сидел на кровати Айзека, готовый в любой момент упасть в объятья подушки, но сдерживал себя изо всех сил. Краем глаза заметил, что квартира стала гораздо опрятнее, светлее, кое-где уже примостились вещи Марго, ее косметика, их совместные фото. Тут был даже цветок в горшке.

— Я… я… – У Мити тряслись руки. – Я с ребятами, братьями Рыжиками, из третьего подъезда, начал… ну… домушничать.

— Что?! Митя! Ты с ума сошел?! Ты сесть захотел? – закричал я, и сон как рукой сняло. – А как же твоя сестра, которая в охране пятого работает?! Ты ей как в глаза будешь смотреть, когда тебя поймают?! То‐то у нее повод для гордости будет!

— Да… я ради нее и пошел на это… Хочу денег поднакопить и к ней поехать, там устроиться, а не получится… так оттуда забрать, – замялся он. Весь на взводе, бледнее стены за спиной, черные волосы торчат в разные стороны, то и дело запускает в них грязную руку, покрытую мелкими ссадинами, ероша вновь и вновь.

— Отличный план. Но, сидя в тюрьме, его не выполнишь.

— Дюк! – покраснев и отведя от стыда взгляд, крикнул он.

— В чем проблема‐то? Совесть замучила? Или попался? И при чем тут Айзек?

Он сглотнул, поежившись.

— Сильно не бей… Я участвовал только в двух последних ограблениях. Ты же знаешь, что там вообще все строго и туда приехать можно только по пропускам. Мы поехали в пятый сектор, пропуск ребята достали, перекантовались в квартирке. Там мужик помер, ну, мы и остались у него, чтобы нас коменданты не поймали… воняло от него, правда, жутко.

— Господи… – прошептал я. Меня мутило от омерзительного поступка этих идиотов. Я заметил, как Марго, прикрыв глаза, отвернулась.

— В общем, мы делали как. Узнавали от «источника», что хозяев дома нет, я ломал систему охраны, и дело пяти минут. Зашли – вышли, – повел он руками. – Но на втором ограблении в доме была прислуга. И Мирон, старший из братьев, только замахнулся… ну, и ударил несильно, а мужик как давай в припадке биться. Жуть полная. И умер. – Он опустил лицо в ладони, я отвел взгляд. – Дюк, мне так жаль, я не хотел. – На его глаза навернулись слезы.

— Так при чем тут Айзек? И к чему это все? Бросай это дело. – Я нахмурил брови.

— Я… я собирался бросить, я сказал, что больше не хочу участвовать в этом, и самый младший из них предложил мне еще на одном просто взломать систему, внутрь я не полезу…

— И ты согласился? – спросил я, уже зная ответ.

— Сказали… Это в последний раз… Я же механик, я в прогах плохо разбираюсь. По этой части Айзек. Все, что мне нужно было, – вставить флешку и поковыряться в щитке. А средний брат, оказывается, тоже немного соображал. Он переписал программу, которую я купил у Айзека, и оставил там его почерк… и мой… адреса наши легко узнают вечером, когда будут проверять систему после ограбления.