Книга Клятва и клёкот, страница 108 – Диана Чайковская

Собираясь повернуть к лестнице, Дербник увидел Зденку наверху. Она растягивала тетиву лука, проверяя на прочность. Он улыбнулся, вспоминая их шуточные драки. До чего же славным и далеким казалось теперь то время!

— Оклемался, – она опустила лук и поправила косу. – Надеюсь, тебе полегчало.

— Да, – Дербник поднялся по ступеням и оказался в шаге от нее. – Ты была у княжны?

Зденка так поморщилась, будто надкусила кислое яблоко. Он встревожился. Никак с Марьей случилось что?

— Была, – она пожала плечами. – Велела собираться к полудню, отправимся к горе.

Безумие, иначе и не назовешь. Дербник заволновался, представив, как княжна кричит и истекает кровью, а после превращается в чудовище, обрастая шерстью и теряя разум. В груди заныло, тягуче так, отвратно. Душа протестовала, не желала верить, что неизвестный чародей принесет им мир и добро.

Дербник прошел мимо Зденки и постучал в дверь, за которой, скорее всего, ждала Марья. Она ведь умная, смелая, милосердная. Должна прислушаться и понять!

Когда княжна открыла и позволила войти в светлицу, сердце затрепетало. Отрадно было видеть ее, выспавшуюся, отдохнувшую, пусть в бедняцкой рубахе и с неумело заплетенной косой. Простая одежда не подходила Марье, да что тут сделаешь? Оставалось лишь ждать, когда она обратится к посаднику или решит вернуться домой.

— Княжна, – Дербник поклонился, – рад видеть тебя.

— Чего пришел? – холодно спросила Марья. – Я ждала вас не раньше обеда.

Он вздрогнул, как от смачной пощечины. Никогда еще княжна не говорила так неприязненно, грубо. Словно водой окатили!

— Нельзя же так! – не выдержал он, решил высказать все, что вертелось на языке. – Что, если Сытник соврал или не договорил чего? А Горыня? Ты его знаешь меньше седмицы! Нельзя же так просто верить! Один постоянно скрывал всякое от твоего отца, а другой!..

— Хватит! – перебила его Марья. – Скажи: ты явился поучать меня?

Дербник запнулся.

— Нет, – отрезал он. – У меня нет права указывать тебе, но если с тобой что-то случится, то у княжества не останется надежды. У всех нас.

— Это будет моя ошибка, – княжна качнула головой и отвернулась. – Уходи, Дербник. Приготовь коня и держи наготове меч.

— Ты позволишь мне и Зденке быть рядом? – решил уточнить он. Мало ли, вдруг не все потеряно?

— Вы должныбыть рядом, – наказала Марья. – Кто тебе сказал, что я доверяю им?

Дербнику ничего не оставалось, кроме как кивнуть и с поклоном выйти за порог. Сердце бешено стучало, а ум изо всех сил вопил: «Хватай ее и вези в Гданец, падай в ноги Мирояру и клянись, что ошибся, но вовремя пришел в себя!» Да разве можно было? Сколько сил потратили на путешествие!

Дербника успокаивало лишь то, что Марья хотя бы не прогнала их со Зденкой. Если что пойдет не так, они схватят Горыню и Сытника и прервут обряд. Непонятно, правда, отчего лесные оборотни лезли в это все. Скорее всего, жаждали вольной жизни. А может, чего-то большего? Стать вровень с чародеем или княжескими птицами, но так, чтобы не пришлось собственные шкуры да свободу отдавать? Кто их поймет! Ходили под Лешим, почитали Лихослава… Темный народец!

Жаль, тревоги не слишком убавилось: как только княжна позовет чародея, мир вздрогнет, зашатается земля под ногами, заходит ходуном – и ничего уже не будет как прежде. Все нынче зависит от Марьи, которой суждено перешагнуть грань и обрушить неведомую силу на княжество. А уж чем это обернется – спасением или последним ударом – воля богов.