Книга По волчьим следам, страница 19 – Диана Чайковская

Хотя с чего бы Перуну защищать слуг Велеса? Громовержец всегда враждовал с тёмным богом. Даже слухи ходили, будто Велес однажды обратится в волка размером с гору и съест солнце, лишив мир света и тепла. Может, врали, может, боги давно уже подружились, может, небесные пряхи хитро сплели их нити и сделали так, чтобы Перун поневоле защищал слуг Велеса – кто там разберёт.

Одно оставалось ясно: Томаш ускользнул, спрятался глубоко в лесу, куда простому человеку нет хода. Да и Чонгар не мог. Толку-то, если волчонка сторожит Добжа, предводитель всей стаи. Кто-то даже считал Добжу полубогом, правнуком Велеса. Говорили, будто ему прислуживал Леший. Куда бы ни отправилась стая Добжи, везде его слушались деревья и прятали от чужих глаз.

Нет, искать волчонка и бегать по колдовским тропам – гиблое дело. Лес поиграет с Чонгаром, а после утопит в болоте, приманив огоньками мар.

— О чём задумался, витязь? – отвлекла его статная женщина. Мужа рядом не было – значит, вдова.

— Я не совсем витязь, – поправил её Чонгар. – Моё имя Чонгар и я путешествую.

— Неждана, – назвалась она.

Видимо, не жаловали её родители. Чонгар осмотрелся: ладная печка с заслонкой, за которой едва слышно шуршал Домовой, старые, но чистые полавочники^[7], ветки засохшей рябины в углу да разная снедь на столе. Жила Неждана неплохо, не бедно, не богато – как все. На своём пути Чонгар встречал семьи, что жевали корешки репы и траву, а тут – вполне себе.

— Где муж твой, Неждана? – поинтересовался он для поддержания разговора.

— Погиб, – отмахнулась она. – Ходили на кабана позапрошлой весной. Ему не повезло.

Чонгар хмыкнул. То ли не любила вовсе, то ли наоборот – так сильно, что не желала вспоминать. Впрочем, лезть в чужое дело он не собирался. Чонгар доел похлёбку из репы и мяса, поблагодарил хозяйку и остался на ночлег. Всё равно упустил волчонка.

Он застонал и прикрыл глаза, вспомнив Агнеша. Нет уж, Чонгар поймает этого княжеского выродка и, если надо, посадит на цепь! А чтобы боги больше не вставали у него на пути, он завтра же купит курицу на постоялом дворе и заедет в деревенское капище, чтобы умаслить и Перуна, и Велеса, и Мокошь на всякий случай.

Из-под прикрытых на ночь окон несло гарью. Горобовка спала беспокойно: одни обсуждали пожар, другие заботились о семье старосты, третьи бродили вокруг полуразрушенного дома и тяжело вздыхали. Шептались и про кару богов, будто бы староста пожалел и не стал резать овечку на Велесову седмицу^[8], мол, обойдётся на сей раз скотий бог. Вот и вышло так, что прогневал всех.

Чонгар фыркнул. Интересно, что будет, если богам в жертву принести волчонка? От этой мысли мурашки пробежали по коже. Гнев, кровь и пламя, не иначе. Нет, Томаш должен либо погибнуть в бою, либо выжить. Зарежешь исподтишка – и в тебя на следующий день попадёт молния. Потому что боги не прощают.

Приложив усилия, Чонгар заснул. Ему надо было хорошо отдохнуть и набраться сил перед тяжёлым днём.

2.

Чем дальше, тем серебристее и холоднее. Маржана куталась в кожух, тёрла ладони и старалась не смотреть на тени, выступающие из-за деревьев. Нечисть блуждала вокруг, её духом был пропитан весь лес. У речки слышался смех берегинь и русалок, а в густых кронах деревьев прятались мавки. Они свысока смотрели на Маржану и Томаша.