Книга Сновичи, страница 36 – Надя Сова

— В целом это тоже вариант, – проговорил Камиль, рассматривая одежду Ангелины. – Якорем все-таки безопаснее.

Ангелина медленно повернула к нему голову и отчеканила каждое слово:

— В целом было бы здорово, если бы вы отвечали на вопросы!

Сидевший рядом Буров улыбнулся, забрал у Ангелины водоросли и вышел из кабинета. Он выглядел до невозможности довольным. Словно какой-то эксперимент удался.

— Черт бы вас побрал! – проворчала Ангелина, поежившись.

— Да на кой они мне нужны? – Существо выглянуло из-под парты.

Нора чувствовала недовольство, витающее в воздухе. Им всем недоговаривали. Все чувствовали, что после той битвы Великое древо стало другим. Мало уничтожить ветку, мало заточить меж корней Лихо, мало было жертв. Процесс был необратим. Получается, все, что случилось, было зря?

— То, что случилось, было только первым пунктом плана. – Рядом с Норой сел кот. Колтунов на его шерсти стало больше. Взгляд потускнел. – Совсем скоро исполнится следующий пункт. А потом еще один.

Нора грустно посмотрела на кота. Она видела, как меняется животное, но не могла понять, как ему помочь. Что сделать, чтобы огромный рыжий кот перестал отражать состояние Ладного мира?

— Как там наш стражник? – Кот забрался на колени к столетнице. – Слышу, клянет все на свете.

— Ворон говорит, что он наконец-то выбрался из болота.

Кот довольно улыбнулся.

— Взрослеет парень – все-таки уже сто тридцать лет живет. Помню, Як, – на этом месте Нора напряглась, – только к двумстам годам понял, что такое Рой. Брют умнее, лучше пчел чувствует.

Кот задремал. А Нора сидела и ждала, когда Великое древо даст отмашку: ей пора включаться. Но пока по задачам ходили другие столетние души, собирали и распускали слухи. Приносили к корням Великого древа информацию. Эту информацию хранили Нора и рогатый ворон.

* * *

Буров вернулся быстро, принес чистую одежду, явно купленную где-то недалеко от метро. Штаны и свитер.

«Про белье не подумал, – мрачно отметила Ангелина. – Про обувь тоже».

Мотов и Колдуненко испуганно молчали. Ангелина буквально излучала недовольство. Она пыталась собрать в голове все, что знала, и поженить это с тем, что случилось, но выходило плохо.

— Давай ты переоденешься и мы все расскажем? – предложил Камиль.

— Давай я просто пойду домой и подумаю, что именно хочу от вас услышать, – глухо отозвалась Ангелина.

Хотелось, правда, совершенно другого.

Что это было? Массовый гипноз? Ее решили облить грязью прямо в институте?

В школе она сталкивалась с травлей, один год. Но даже там лишь беззубо высмеивали ее полноту.

— Прежде чем мы разойдемся, – сказал Александр, – я хочу сказать, что все это было на самом деле. Это не сон.

Ангелина покосилась на него, окинула взглядом с головы до пят, поджала губы, забрала купленные вещи и, хлюпая носом, ушла в туалет переодеваться. В голове все еще звучал голос существа. Будто оно пришло к ней в аудиторию из сна. Будто существовало на самом деле, а не было выдумкой подсознания.

— Одному природа даровала мозги, другому – чувство стиля, – услышала Ангелина комментарий снизу. – Жаль, в данном случае первое. Такое бомжам отдать не жалко.

Ангелина не видела, кто говорил. В голове громко ухало, хотелось заорать «Хватит!», выбежать из вуза и никогда больше сюда не возвращаться. Но ноги все еще болели, а в груди тянуло, будто она долго задерживала дыхание и до сих пор не могла отдышаться.