Книга Сквозь туман меня не видно, страница 91 – Надя Сова

Очередной остывший чай был вылит в стоящий рядом цветочный горшок. Цветок не успевал поглощать жидкость, которой его щедро орошали, и все время стоял в болоте. Ярослав сидел в столовой «Горки» и смотрел в окно. Погода соответствовала настроению – дождь лупил по стеклам что было силы. Маша уже несколько дней не появлялась в городе. Переезжать она не планировала, он бы узнал. И новых отношений не завела. Один постоянно крутился вокруг, но Медведь чувствовал, что это не отношения. Она его просто терпит.

Мира и Мангуст поддерживали как могли. Ведьма сдерживала медвежью суть, а Мангуст заменял и друга, и отца. Временами и мать. Заниматься бизнесом отца было невозможно сложно. Постоянные проблемы со стороны «Белого неба», запросы из столицы. Да кому вообще сдалась эта «Горка»? Но отказываться от гостиницы, даже за те деньги, что предлагал Акулов, Буров не хотел. Это было семейное дело, отец всю душу вложил в маленькую гостиницу. Гордился ей. Ломать – не строить.

— Скучаешь? – Мангуст плюхнулся рядом. – Я тут спросить хотел: а тебе электрики в штат не нужны? А то в коридоре уже паленой проводкой пахнет. Сгоришь еще.

Буров медленно посмотрел на него и пожал плечами:

— Хочешь, займись.

— Ну слава Богу, скажу родителям, что работу нашел. А то они достали уже. Мира вон учится, а я никуда не поступил в итоге. В столицу хотел, но по баллам не прошел. Да и как я ее тут оставлю одну.

— А вы людей искать умеете? – спросил вдруг Медведь.

— А тебе зачем? – напрягся Мангуст.

— Да хочется узнать, как у знакомой дела. – Буров уставился в чашку, где остывала очередная заварка.

— Я Миру попрошу узнать. – Мангуст ощутимо занервничал. – Она в этом плане лучше меня разбирается,

— Да, спасибо. Ты не переживай, официально будешь работать.

Мангуст улыбнулся, переживал он не по этому поводу, но хорошо, что Медведь думал о своем.

Еще до того, как Ярослав назвал имя, Мангуст уже знал, кого надо было найти. Машу искал не только Медведь. Тулуп второй день обивал пороги ведьмовского домика, пытаясь выяснить, куда пропала его пассия. Мира каждый раз отвечала одно и то же и выставляла за порог. Мангуста пугало то, как она крутила этой компанией. Огрызалась, морозила. И он знал, почему она себе это позволяла. Причина пугала не меньше.

Мира сидела в доме возле леса, уставшая после учебных пар. Мангуст осторожно зашел, ничего не говоря, стараясь не трогать травы, принялся хозяйничать. Разогрел суп, включил чайник. Только после того, как они пообедали, сел рядом и сказал:

— Ярослав Машу ищет.

Мира никак не отреагировала.

— Просит нас подключиться, – продолжил Мангуст. – Сидит смурной.

— Два года прошло, а он все переживает, – проворчала Мира. – Будто пора бы уже сказать правду.

— Какую? – уточнил Мангуст.

— Что через нее Тулуп пытался узнать планы семьи. Хотя, – Мира задумалась, – про птицу ему тоже можно сказать.

— Не боишься, что он после птицы разговаривать с тобой не захочет? Знаешь же его характер.

— Со мной половина города разговаривать не хочет, – горько усмехнулась Мира. – Одним человеком больше, одним меньше.

Мангуст согласно кивнул. Прошло то время, когда пятнадцатилетняя девочка беззаботно бегала по городу. Да и того города, тех людей больше не было.

— Я зайду к маме, потом поедем к Медведю, – сказала Мира.