Книга Шепот в тишине. Мистические истории, страница 105 – Ирина Родионова, Дарья Бобылева, Татьяна Мастрюкова, и др.

Странным было не столько то, что выглядела она чересчур обычно: черные волосы, короткая куртка, джинсы и трекинговые ботинки. Даже не то, что покойник, над которым она так убивалась, судя по надгробию, покинул этот мир еще в 1873 году. Но стоило Егору деликатно пройти мимо, скорбящая смолкла, смахнула с коленей сор и обернулась – бледное лицо без возраста ничем не выдавало недавних слез. Только глаза – пустые, темные. Неуютные глаза.

— Время не подскажешь? – спросила она деловито, без малейшего немецкого акцента.

— Да, – замешкался Егор, сбитый с толку такой быстрой переменой, и полез за телефоном. – Половина пятого.

Что-то мысленно себе прикинув, она кивнула и как ни в чем не бывало зашагала по аллее в том же направлении, что и он.

— А вам… – спохватился Егор, на ходу раскрывая рюкзак, – кофе не нужен? Пятьсот рублей всего, в-вот.

— Пятьсот? – Она покрутила в руках пакет зерен, проверяя срок годности. – И в чем подвох? Я такой за тысячу беру обычно. Краденый, что ли?

Впору было порадоваться, что уши и так от холода покраснели.

— Ладно, давай сюда свой кофе. – Она извлекла из кармана смятую авоську.

— Есть еще «Рафаэлло», две коробки, икра красная, в-вот, балык…

— Все давай.

Взбодрившись от мысли, что не придется торговать у метро, Егор разгрузился и сжал в кулаке свои первые легкие деньги.

— Спасибо. Ну я пойду.

— Иди.

Вот так просто. Намного проще, чем он себе представлял. Даже недавний побег от охранника казался теперь скорее смешным, чем страшным. Внутри не шевельнулось ничего похожего на совесть. В цену любого товара уже заложен процент на утрату. Каждый раз, когда он совершал покупку, просто заранее платил за все, что присвоил сейчас. Присвоил – значит, прихватил свое. Свое, а не чье-то, ясно?

Пальцы покалывало в предвкушении игры, но для начала нужно было закинуть наличку на карту. Окончательно повеселев, Егор прибавил шаг. Тут и там попадались ангелы: ангел сидящий, плачущий, задумчивый, строгий… Не кладбище, а музей. Краем глаза Егор заметил между деревьями двух девчонок – одна корябала маркером по белоснежной стене склепа, другая стояла на стреме. Заметив, что Егор на них пялится, склонилась к подруге. Взявшись под руки и перешептываясь, обе тут же перешли на соседнюю аллею. Стройный, похожий на небольшую часовню, вблизи склеп оказался не таким уж белым – надписи покрывали его сверху донизу, несмотря на прикрепленный к решетке почтовый ящик. Очевидно, магия, смекнул чуткий на суеверия Егор и вчитался.

«Милые Эрлангеры!..»

Действительно – фамилия исполнителей чуда, выполненная округлым шрифтом с засечками, была обозначена над входом в усыпальницу.

«Милые Эрлангеры! Дайте людям ума».

Егор нахмурился, поморгал и отыскал желания недавних просительниц, ожидаемо куда более прозаичные.

«Дорогие Эрлангеры, прошу вас помочь в приобретении кроссовок Nike в черно-белом цвете. Также прошу вас помочь в приобретении телефона Apple iPhone последней модели к концу года».

Чуть выше тем же маркером, но другим почерком излагалось: «Хочу, чтобы мои родители развелись и мы получили все имущество. Danke schön!»

Воровато оглядевшись, Егор нащупал на дне рюкзака шариковую ручку и сдернул зубами колпачок. Желание зависло на кончике стержня, приобретая все более лаконичную и исчерпывающую форму.