Книга Заглянувший, страница 99 – Анастасия Райнер

Тут до меня дошло – они здесь больше не живут. И семейных фотографий я больше не найду. К черту обои, мебель и все остальное, но как же я зол! Нашей семьи будто никогда не существовало!

Сжав кулаки, я постарался утихомирить сознание. Нужно сдерживать негативные эмоции. Раньше я и сам, въехав в новоприобретенную квартиру, первым делом избавлялся от старого хлама. Что-то продавал, что-то разбирал и вывозил на свалку. Мелочи, оставшиеся от чужой жизнедеятельности, встречались с мусорной корзиной вне очереди. Я точно так же выбрасывал чьи-то книги, журналы, пластинки, которые не удосужились утилизировать предыдущие владельцы, прежде чем перейти к сделке купли-продажи.

Что же касается наших фотографий… родители наверняка забрали их с собой. Только куда? Пространство Эйдора ничем не выдавало направления. Не осталось и следа от имущества прежних жильцов.

А сейчас я нуждался в изображениях семьи! Я видел в них последний вектор, направляющий к маме и папе… Стало стыдно за то, что до сих пор не пытался их найти и был слишком занят собой.

Расстройство преобразовалось в яростный порыв, снабжая тело опасной разрушительной энергией. Лампочка в потолке звонко треснула.

Зло щедро наделяло силой, откликаясь на родственные чувства. Я легко мог бы навредить новым жильцам, наслать болезнь или напугать, воспользовавшись банальными фокусами из мира духов. Стоило лишь похлопать дверьми, побить посуду, и панический ужас смертных обеспечен.

Однако можно действовать таинственно: периодически топать, дышать в затылок, завывать по углам. Чтобы они гадали, сквозняк это или же неугомонный призрак притаился где-то в стенах квартиры. По ночам они бы покрывались мурашками, кутаясь с головой в одеяло. И страх бы накапливался, постепенно нарастая.

В одно прекрасное утро они бы рванули за священником. О, как бы я забавлялся, наблюдая за ним! Я представил, как он машет кадилом и приговаривает заученные стишки, ходит со свечкой в трясущихся от страха руках. А потом я бы задул ее. Он бы снова зажег, и я бы снова задул. Ничего бы он не сделал – я же не вшивый бес, а человек какой-никакой.

На счастье нынешних жильцов, они отсутствовали, дожидаться их прихода в мои планы не входило. Шутки шутками, но я пришел в мир живых, чтобы стать лучше.

— Совесть вам судья, – буркнул я, вылетая через окно на улицу.

Я пронесся мимо покосившейся скамейки, мимо вечно разбитого фонаря, который продолжают игнорировать, словно его не существует. Мимо обшарпанных серых домов. Газетный киоск заколотили досками после очередного поджога, а место под ним, единогласно признанное свалкой, завалили мусором. Люди по-прежнему швыряют мусор где попало, хотя стоит его убрать – на том месте вырастут цветы. Природа всегда благодарит за бережность.

Зато автобусную остановку облагородили – обшили пластиком, лавочки попрочнее привинтили, чтобы хотя бы пару сезонов простояли. Интересно, сколько веков должно пройти, чтобы люди перестали гадить там, где живут?

В районе сердца что-то кольнуло, и я остановился. Взгляд встретился с аптекой. В одной из таких я приобретал снотворное.

Теперь я сомневался, что поступил правильно. Хотя жизнь в материальном мире все так же казалась чем-то вроде адского наказания за самые непростительные грехи, лучше бы я остался в Асперосе. Мой дух был бы свободным. Ему бы ничто не угрожало – его бы питал и защищал Источник.