Книга Безупречный, страница 77 – Элси Сильвер

Похоже, что в ней возник внутренний спор. Она выглядит восхитительно разозленной, и уголки моих губ приподнимаются в улыбке.

— Ретт. Я сейчас не в настроении для наших препирательств, — говорит она, когда поднимает взгляд и замечает, что я наблюдаю за ней.

— Да. Справедливо. Похоже, ты отлично справляешься с препирательствами сама с собой.

Ее губы приоткрываются, но она не издает ни звука. Это чертовски отвлекает. Отвлекает настолько, что я просто продолжаю стоять, прислонившись к забору, пока она бредет ко мне.

С тяжелым вздохом ее плечи опускаются.

— Ты можешь просто остановиться? Пожалуйста.

— Почему? — Я вытягиваю руки, чтобы обхватить верхнюю доску ладонями, потому что мне нужно держаться за что-то, чтобы не схватить ее. Это не то, что ей нужно прямо сейчас.

Она проводит руками по волосам, туго сжимает их и дергает. Она выглядит взволнованной, но в то же время побежденной.

— Я просто… Пытаюсь хорошо выполнить свою работу. Я изо всех сил стараюсь никого не подвести. Моего отца. Его бизнес. Тебя. Это большая ответственность, и я вроде как попала в тупик из-за этого бардака.

Надлом в ее голосе и то, какой усталой она выглядит, поражают меня. Ей всего двадцать пять, она только что закончила учебу, и, хотя я не превращал ее жизнь в сущий ад или что-то в этом роде, я вижу, что был не особо полезен.

Саммер отдает всю себя. Своему отцу. Своей сестре. Своей мачехе. Всем, кого она встречает.

Мне.

Но кто, черт возьми, заботится о Саммер?

Она солнечная, счастливая и любит шутить, невзирая на трудности. Но прямо сейчас она выглядит замученной. И после всего, что она сделала для меня, попытаться придать ей сил кажется самым естественным поступком.

Я отпускаю забор и широко раскидываю руки.

— Иди сюда.

— Это плохая идея. — Она закатывает глаза и покусывает нижнюю губу, и мне кажется, что так она пытается прогнать ощущение безжизненности. Она заставляет меня ждать, но в конце концов попадает в клетку моих рук, и я обнимаю ее.

Первые мгновения она сохраняет вежливую дистанцию, но, когда я опускаю голову и выдыхаю в изгиб ее шеи, она прижимается ближе. Одна рука перекинута через мое плечо, в то время как другая осторожно проводит по моим ребрам.

И я просто обнимаю ее крепче.

Она здоровая, сильная и жизнерадостная, но в то же время такая хрупкая. Она чувствует себя маленькой в моих объятиях, и то, как она цепляется за меня, граничит с отчаянием. Я хотел бы облегчить ее боль, ее беспокойство, ее тревогу.

Она даже не знает, какая она сильная.

Но я знаю.

Я бы хотел заставить ее тоже это увидеть.

Мы стоим, обнимая друг друга, пока золотое солнце опускается за холмы позади нас.

Когда она наконец немного отстраняется, ее глаза встречаются с моими. И то, что я в них вижу, похоже на замешательство.

— Мне жаль, что сегодня я усложнил твою работу. — Я говорю это, потому что правда сожалею. — Я так долго заботился о себе, что это показалось мне просто способом немного повеселиться. Я, ну, не привык отчитываться перед кем-то другим. — Это отрезвляющее осознание. Я человек, который живет своей повседневной жизнью ради того, что доставляет удовольствие, не обращая особого внимания на окружающих.

Она кивает, ее взгляд опускается к моему рту.

— Ты можешь просто подождать, пока не выиграешь все, а потом развлекаться? Тогда ты сможешь делать все, что захочешь. Не так уж много осталось.