Книга Фальшивая жена, страница 17 – Алекс Вон

Он дёрнул свою руку от моей хватки и положил её в карман своих брюк, словно пытаясь отдалить себя от меня.

— Ты ещё спрашиваешь? Ты не только мне противна, — да я не могу смотреть на тебя без чувства брезгливости. Какому мужчине нужна такая амёба, как ты? — его гневные слова вонзались мне в душу, как острые шипы.

Я чувствовала, как распадаюсь на миллион маленьких осколков, как будто вся моя самооценка рассыпалась в прах.

Почему он так со мной?

В этот момент раздался громкий хлопок, и мои мысли прервались.

— А теперь настало время для первого танца молодожёнов! — неожиданно раздался радостный голос ведущего.

Все захлопали в ладоши и начали громко свистеть, создавая атмосферу праздника, полной контрастов с моими внутренними переживаниями.

Под бурные овации и подбадривания Дэниел взял меня за руку и, не дождавшись, пока я отреагирую, повёл к центру огромного зала, полного шума и громкой, взрывной музыки.

— Улыбнись! — прошипел он, словно это было единственное, что он от меня хотел, и положил нехотя свою ладонь мне на талию.

Я в свою очередь опустила одну руку на его широкое, мускулистое плечо, а другую в его ладонь, но всё это происходило как будто на автопилоте.

На мне было надето совершенно не то платье, которое я сама задумывала. Вместо него мне привезли то, что совершенно не соответствовало моим ожиданиям: с пышной юбкой, длинными рукавами, закрытой шеей и ужасно безвкусным рисунком. Это платье стало символом всех тех компромиссов и потерь, которые я не могла пережить.

Скромное, унылое, серое и старомодное — именно так ассоциировалось это свадебное платье в моём сознании.

Я нацепила самую широкую и неискреннюю улыбку из всех возможных, пытаясь скрыть свою боль и расстройство.

Танец получился неловким и ужасным.

Дэниел, как назло, наступал мне на ноги, слишком быстро меняя позиции, так что я практически не поспевала за ним. Каждый его резкий рывок и замедление вели к ещё большей неловкости, и мне казалось, что он делает это специально, чтобы показать, насколько непривычно я ищу поддержки в этой ситуации.

Он неожиданно резко дёргал и замедлялся, а в следующую секунду наоборот ускорялся, лишь для того чтобы надавить туфлёй на мои пальцы ног.

Когда наконец музыка закончилась, я выдохнула с облегчением, словно выпустив из себя все подавленые переживания, но понимала, что это далеко не конец.

И в следующую секунду он дёрнул меня к выходу.

Я взял её за локоть, не церемонясь, и потянул к выходу, пробираясь сквозь массы гостей, которые всё ещё восторженно аплодировали нашему «идеальному» танцу.

Её шёлковые волосы легко развевались от нашего движения, но она спотыкалась на высоких каблуках, что добавляло ей уязвимости.

На этот раз она молчала, уставившись в пол, как будто так было легче вынести этот момент.

Никто не заметил, как я сжал её руку сильнее, чем нужно — просто предупреждение, чтобы она понимала, к чему всё это может привести.

Мы вышли на улицу, и прохлада вечернего воздуха приятно окутала нас, раскрыла двери в мир без лишних глаз.

Я открыл дверь чёрного Мерседеса, который был припаркован у входа в величественный особняк, из которого нам только что удалось вырваться.

— Садись, — буркнул я, даже не взглянув на неё, стараясь сохранить оставшиеся иголки контроля, которые всё ещё кололи моё сознание.