Книга Нас не должно быть, страница 128 – Алина Цебро

Тело Люка напрягается, мышцы каменеют. Он издаёт короткий, сдавленный стон, прижимая меня к себе так сильно, будто хочет вплавить в свою плоть. И замирает.

Мы лежим тихо. Только тяжёлое дыхание нарушает тишину. Люк поднимает голову, и я вижу на его лице смесь вины и наслаждения. Он целует меня в висок, тяжело дыша.

— Прости… — шепчет, проводя пальцами по моей вспотевшей спине. — Я сорвался. Я больше не мог терпеть.

Я хочу сказать, что всё нормально. Для первого раза это больше чем хорошо, я о таком даже мечтать не могла. Но Люк прикладывает палец к моим губам.

— Но я ещё не закончил с тобой, — его голос становится твёрже. В глазах вспыхивает тот самый огонь Эша.

Он опускается ниже. Поцелуи скользят по моей шее, ключицам, груди. Я напрягаюсь, а щёки начинают гореть огнём, потому что я понимаю к чему всё идёт.

— Люк, не надо… — громко произношу, почти в истерике, пытаясь мягко оттолкнуть его. — Я стесняюсь…

— Не надо стесняться, — его голос твёрдый, но нежный. Он смотрит на меня снизу вверх, и в этом взгляде столько обожания, что мне не хватает воздуха. — Ты прекрасна. Всё в тебе прекрасно. Доверься мне.

Он не ждёт ответа. Его руки мягко разводят мои бёдра. Я закрываю глаза, сжимая простыню в кулаках. Мне невероятно стыдно, но под его взглядом стыд отступает, уступая место ожиданию.

Когда он касается меня языком, я вздрагиваю. Это слишком интимно, боже моййййй, это слишком близко. Но он делает это так бережно, так внимательно, будто изучает меня. Каждое движение выверено. Он чувствует мою реакцию, ускоряется, замедляется, пока я не перестаю думать и не начинаю просто чувствовать.

Жар нарастает внизу живота. Быстрее, чем я ожидаю. Мои бёдра дрожат. Я пытаюсь сдержать стон, кусая губу, но он слышит. Всё слышит. Его руки очень крепко держат меня, не давая убежать от ощущения. Я....мать моя, я не могу, не...боже мой, боже, что...вау...

— Отпусти себя. — Говорит Люк напротив моей кожи. — Я здесь. Я держу тебя. Не отпущу, не упадёшь, обещаю.

И я отпускаю. Волна накрывает меня достаточно мощная. Я выгибаюсь, пальцы запутываются в его волосах. Это не взрыв, это растворение. Я таю под его руками, под его губами, под его взглядом. Мир сужается до точки контакта, до его тепла, до его дыхания. До него самого.

Когда всё заканчивается, он поднимается ко мне. Укрывает нас одеялом. Я прижимаюсь к его груди, пряча горящее лицо у него на шее.

— Ты моя, — говорит с гордостью в темноту.

И звучит это как закон вселенной.

— Я твоя, — отвечаю, закрывая глаза.

И впервые за всё время, пока его со мной не было, я чувствую себя не просто живой. Я чувствую себя дома.

Люк

Выключаю двигатель мотоцикла, слезаю после Эстер, но я всё ещё чувствую тепло её ладоней на своей талии, даже когда она убирает руки. Сразу же хочется вернуть их обратно. Вообще никогда не позволять ей от меня отклеиваться. Прижать к себе и держать, пока мир не перестанет крутиться. Но я не могу, блядь. Это почему-то запрещено. Не знаю кем и чем, но запрещено! Поэтому, сняв шлем и улыбнувшись, нахожу её руку в воздухе. Переплетаю наши пальцы.

— Пошли.

Мы позвонили моим предкам и её родителям, чтобы они собрались в доме. Нам нужно что-то сказать. Я знаю, что все понимают причину, и мало кто сейчас удивится, но это нужно решить. Официально. И лучше это сделать как можно быстрее, потому что переезд Эстер ко мне — уже закрытая тема. Я просто больше не могу без неё спать. В пустой кровати холодно, а на душе хреново. И если вдруг она сама откажется, буду сидеть у неё в спальне. Точнее лежать. Каждый. Божий. День. Пока не согласится.