Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 72 – Е. Лань

— Госпожа Лин... — прошептал я, пораженный до глубины души. — Откуда у вас печать Наместника?

Она медленно повернула ко мне лицо. В её глазах не было ни капли той испуганной трепетности, которую я привык видеть. Там был только холодный, блестящий расчет истинного стратега.

— Я нашла её, Господин Чон, — произнесла она с идеальной, невозмутимой полуулыбкой. — Вчера на банкете. Наместник был так неосторожен... он обронил её во время танца. А я, как добропорядочная гражданка, просто подобрала её, чтобы... вернуть в нужный момент.

Я смотрел на неё, и в моей груди разгоралось пламя такого безграничного, абсолютного восхищения, что мне захотелось упасть перед ней на колени.

Она не просто хрупкая дева. Она — гений! Она предвидела, что нам понадобится официальная власть, и обеспечила её нам, пока я просто размахивал кулаками!

— Вы... вы невероятны, Лин Сюэ, — выдохнул я с благоговением. — Ваша мудрость превосходит даже мудрость моей сестры.

Она лишь изящно прикрыла глаза, пряча за густыми ресницами выражение глубочайшей, вселенской усталости от моей непробиваемой наивности.

— Просто... арестуйте его уже, Мин-Хо, — тихо сказала она. — У меня болят ноги стоять на этом морозе.

Я радостно кивнул, обнажая «Гром Юга», и шагнул в ворота поместья.

Преступный синдикат пал. И всё благодаря удивительной удаче и честности моей прекрасной спутницы.

«Отец был прав, — думал я, связывая рыдающего Мастера Ма его же собственным шелковым поясом. — Женщина — это самое мощное оружие в мире. Главное — правильно подавать ей горячий чай и вовремя подставлять спину под отравленные сюрикены».

POV Лин Сюэ

Захват резиденции Мастера Ма прошел с такой абсурдной легкостью, что мой профессиональный разум отказывался это воспринимать.

Великий и ужасный глава гильдии «Железный Коготь», человек, который держал в страхе половину северных торговых путей и чьи убийцы считались лучшими в Империи, был связан его же собственным шелковым поясом и брошен в телегу для перевозки угля.

И всё это сделал один-единственный южанин, вооруженный тяжелым мечом и железобетонной, непробиваемой верой в собственную правоту.

Чон Мин-Хо не просто арестовал его. Он прочитал ему громогласную, получасовую лекцию о вреде воровства императорских персиков, о важности соблюдения баланса Инь и Ян в пищеварении, и о том, как стыдно такому взрослому мужчине прятаться за спинами наемников.

Мастер Ма, чье лицо приобрело цвет несвежего баклажана, к концу этой лекции был готов добровольно сознаться в измене, краже, колдовстве и даже в том, что именно он вызвал засуху в прошлом году, лишь бы Мин-Хо замолчал.

Городская стража, вызванная мной с помощью украденной печати Наместника, лишь растерянно хлопала глазами, принимая связанного криминального лорда из рук Мин-Хо. Они так боялись моего ледяного тона и тяжелого взгляда Чон Мин-Хо, что не задали ни единого вопроса о том, откуда у скромной купеческой дочери взялся символ высшей власти города.

Теперь мы находились внутри поместья гильдии.

Оно было огромным, роскошным и пустым. Наемники и слуги Мастера Ма, осознав, что их хозяин пал, а резиденция перешла под контроль «императорских эмиссаров», коим Мин-Хо искренне себя считал, разбежались быстрее, чем крысы с тонущего корабля.