Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 65 – Е. Лань

Идиот. Святой, невыносимый, прекрасный идиот.

— Вы могли погибнуть, — прошептала я, чувствуя, как предательская влага скапливается в уголках глаз.

Я убрала руки от его спины. Раны перестали сочиться чернотой, кровь стала чистой, алой. Противоядие подействовало.

Я взяла чистые бинты из тонкого хлопка и начала обматывать его грудь и плечи.

Мин-Хо повернулся ко мне. Его лицо всё еще было бледным, но глаза уже обрели привычную ясность. Он посмотрел на меня, на мои руки, перепачканные кровью, на мои слезящиеся глаза.

И вдруг он поднял свою огромную ладонь и невероятно нежным, трепетным жестом коснулся моей щеки.

— Не плачьте, Госпожа Лин, — его голос стал бархатным, в нем звучала глубокая, всепоглощающая нежность. — Я жив. Ваш отец, должно быть, научил вас не только распознавать оружие, но и исцелять раны. У вас поистине золотые руки.

Я замерла, не в силах отстраниться от его прикосновения, тепло мужчины обжигало.

— Вы... вы ничего не понимаете, Чон Мин-Хо, — выдохнула я, и в моих словах звучало больше отчаяния, чем я планировала. — Я не та, кем вы меня считаете. Я не невинная дева. Я приношу только беды.

— Вздор, — он улыбнулся той самой улыбкой, от которой в комнате становилось светлее. Его большой палец медленно стер слезинку с моей щеки. — Вы — свет, который я нашел в этих темных краях. Вы смело стояли в той библиотеке, не впадая в панику. Вы не потеряли самообладания, увидев кровь. Вы сильная. И вы... вы невероятно дороги мне, Лин Сюэ.

Воздух между нами стал густым, наэлектризованным. Мой план, моя организация, Мастер Ма, печать Наместника — всё это вдруг показалось таким мелким и незначительным по сравнению с теплом его руки на моей щеке.

Я смотрела в его глаза, как кролик смотрит на удава. Только удавом в этой комнате была не я, а его всеобъемлющее, сокрушительное благородство, которое ломало меня изнутри.

POV Чон Мин-Хо

Я смотрел на неё, освещенную красноватым светом жаровни, и не мог поверить своему счастью.

Да, моя спина горела огнем, а в жилах всё еще отголосками пульсировал холод вражеского яда. Но эта боль была ничтожна по сравнению с тем чудом, которое происходило прямо сейчас.

Лин Сюэ спасла меня. Эта хрупкая, утонченная девушка, которая должна была упасть в обморок от одного вида крови, хладнокровно вырезала из моей плоти отравленные звезды и исцелила меня! Её руки, нежные как шелк, оказались твердыми и уверенными.

Я чувствовал, как её удивительная, прохладная энергия Инь успокаивала мой разбушевавшийся внутренний огонь. Это было слияние, гармония, о которой писали древние даосы.

И сейчас, когда она смотрела на меня своими огромными, полными слез глазами, я видел в ней не просто дочь торговца. Я видел в ней спутницу жизни. Ту самую женщину, о которой говорил отец. Ту, ради которой не жалко броситься под град отравленных стрел.

— Лин Сюэ, — я не убрал руку с её щеки, наслаждаясь нежностью её кожи. — Мой отец, Гук-Гон Чон Хасо, всегда учил меня: когда находишь сокровище, которое заставляет твое сердце биться чаще, не сомневайся. Защищай его и не отпускай.

Её глаза расширились. Девушка приоткрыла губы, чтобы возразить, но я не дал ей заговорить.

— Я знаю, мы знакомы не так давно. И этот город полон опасностей. Но сегодня, когда те убийцы напали на нас, я понял одну вещь. Мой меч не имеет смысла, если ему некого защищать. И я хочу... я хочу защищать вас. До конца своих дней.