Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 4 – Е. Лань

Балу посмотрел на меня своим маленьким черным глазом, в котором ясно читалось желание немедленно впасть в спячку до следующей весны, и демонстративно чихнул.

Я лишь рассмеялся, чувствуя, как кровь горячеет в жилах. Да, здесь было холодно и у нас закончились сладкие рисовые пирожки, а местная еда в придорожных трактирах напоминала по вкусу какие-нибудь отходы. Но это была свобода! Вдали от душных дворцовых интриг, от вечно недовольного ворчания моей матушки и, да простят меня боги, от вселенской лени моей сестры Ю-Ри.

Моя рука машинально легла на рукоять «Грома Юга», тяжелый двуручный меч, выкованный из черной стали лучшими мастерами клана Чон, казалось тихо гудел в ножнах, отвечая на мои мысли. Мой отец учил меня, что меч не должен ржаветь в ножнах, а воин не должен стареть на подушках.

Ю-Ри отправила меня сюда ловить воров персиков. Забавно, неужели она действительно думала, что я поверю в эту нелепую ширму? Наследная Принцесса Империи, гениальный стратег, не стала бы тратить ресурсы ради десерта.

«Разберись тихо, но эффективно», — гласило её письмо.

Значит, здесь, среди этих заснеженных скал и глухих лесов, зреет настоящий заговор. Возможно, остатки фракции «Красного Журавля» решили собрать силы, или местные чиновники утаивают налоги, прикрываясь нападениями несуществующих варваров. Что ж, они не учли одного: клан Чон прибыл на Север и я выжгу эту гниль каленым железом.

Мы выехали на гребень небольшого перевала. Долина Ветров, как называли это место местные жители, лежала перед нами как на ладони. Узкий тракт петлял между отвесными скалами, заросшими черными соснами.

Внезапно мой конь нервно прянул ушами и остановился. Балу позади меня тоже замер, глухо заворчав, шерсть на его загривке встала дыбом.

Я прислушался, сквозь завывание ветра, приглушенный расстоянием и снегом, до меня донесся лязг стали, а затем короткий крик.

Мое сердце мгновенно забилось чаще.

Битва, там кто-то сражается!

Я спешился, приказав Балу оставаться с конем, и бесшумным, скользящим шагом — технике, которой меня учил дядя Тэ-О, подобрался к краю обрыва. Раздвинув покрытые инеем ветви колючего кустарника, взглянул вниз.

Картина, представшая моим глазам, заставила меня крепче сжать кулаки.

Там, на узком участке тракта, зажатая между скалой и глубоким оврагом, стояла карета. Это был не простой купеческий возок, карета была сделана из темного, дорогого дерева, украшена искусной резьбой и занавешена плотным шелком.

Вокруг кареты шло сражение, но если точнее, это было больше похоже на бойню.

Группа людей, одетых в разношерстные грязные доспехи и звериные шкуры, методично уничтожала немногочисленную охрану экипажа. Разбойники, их было не меньше дюжины. Они двигались слаженно, с пугающей жестокостью, оттесняя раненных стражников от дверцы кареты.

Двое защитников уже лежали на окровавленном снегу, не подавая признаков жизни, оставшиеся трое из последних сил отбивались, но их участь была предрешена.

Мой взгляд скользнул к дверце кареты, шторка на мгновение откинулась, и я увидел её.

Бледное женское лицо, темные и огромные глаза. Невинная дева, оказавшаяся в ловушке безжалостных головорезов.

Все истории, которые я читал в детстве, все наставления о воинской чести, которые вбивал в меня отец, вспыхнули в моем сознании ярким пламенем.