Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 73 – Мария Вельская

Тогда всё, что мне досталось напоследок — это обжигающий поцелуй, который скользнул по моим губам сладким ядом.

Шаннер Мъярг ушёл, а я осталась.

С сумбуром в голове, бешено прыгающим сердцем и безумным ощущением, что я сама, добровольно, вошла в расставленную ловушку. Чувства обрушились на голову беспорядочным комом.

Именно тогда я вспомнила о своей старой детской привычке — вести дневник. Конечно, сейчас доверять любые тайны бумаге было смертельно опасно, но я собиралась писать — и немедленно сжигать свои записи.

Прокрастинация Её Высочества в действии.

Так появился он. Дневник моего сердца. Бумага, которой я доверила самую сокровенную, самую безумную свою тайну.

"Я не видела его уже четыре дня. Грэй отказывается рассказывать мне, что происходит и как прошла встреча, ссылаясь на то, что он приносил присягу и не может разглашать тайны кронпринца. Это правда. Но незнание мучительно само по себе.

Наверное, я действительно сошла с ума. Я хотела прожить тихую спокойную жизнь, похоронив моих обидчиков, но была слишком самоуверенна. Так не бывает. Ты не можешь получить то, чего ищешь, и ничем не заплатить. Ты не можешь разрушить императорскую семью и считать, что останешься в стороне от бури. Но я готова идти против ветра.

Всё изменилось. Когда? Я не знаю. В тот самый момент, когда я увидела его. Когда он меня защитил. Когда попытался спасти — ещё там, давно, в другой жизни.

Если он монстр, то пусть. Я принимаю его таким. Настоящие чудовища пугают меня гораздо больше. Грэй говорил, что видел «золотых мух» в охране императрицы. Значит, заговорщики повсюду. Как далеко они успеют зайти прежде, чем мы будем готовы?

Шаннер… Бесполезно лгать. Когда я в его руках — мне не страшно. Я не боюсь его прикосновений, я их жду и жажду. Мне кажется, что моя кровь и магия кипят рядом с ним. Теперь меня слушается почти любое оружие, которое попадает мне в руки. Более того, на тренировке мне удалось направить клинок Грэя на него. Я была в ужасе и восторге, а Маэни и Доргат теперь гоняют меня по тренировочной площадке по три раза в день.

Я вспоминаю, каково это — быть воином, а не леди в кружевах. Быть оружием, а не куклой. Я хочу стать сильнее, чтобы он гордился мной. Чтобы я сама могла гордиться тем, кем стала.

…Лгать бесполезно. Я на самом деле сказала ему «да», он это понимает. Не всегда для согласия нужны слова. Я нуждаюсь в его объятьях. Я не могу оторвать взгляда от пылающих глаз и хочу прижаться к нему, слиться с ним в поцелуе. Я не железная, не стальная… Но мне придется такой стать. Ради него и братьев я готова на всё.

Когда наша сила сплетается, когда его огонь не обжигает, а заставляет загораться страстью, когда он ласкает меня, и от поцелуев я теряю голову и впервые хочу большего… Ничто в мире кроме этого не имеет значения. Я живу для него, я дышу ради него. Что это, если не любовь? Мне никогда не стать настоящей принцессой, но я хочу стоять рядом с ним у трона. Я готова встать за его спиной, закрыть собой от врагов.

Это безумие, но я впервые счастлива…

Он говорит, что поиски храма продвигаются, но до конца ещё далеко. Шёпот во снах говорит, что время человека и время бога течёт по-разному. У Энриса его немного, но у нас ещё есть. Как минимум, пара месяцев, а то и больше. Много или мало, чтобы всех спасти?