Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 169 – Мария Вельская

Смущение, жадный восторг, «моё» — накрыли с головой.

Даже стоя на коленях, он был повелителем. Был тем, кто командует. Был главным.

Крылья затрепетали и растаяли черной дымкой. Он обхватил ладонями мои бедра, рывком сдвигая меня на край постели.

Его лицо застыло — жили только глаза. Жадность, жар, желание, страсть, восторг, мольба, пугающий трепет, жажда присвоить, бешенство, надежда… Я читала его эмоции. Он сам мне их показывал.

— Одна мысль о том, что кто-то может отнять тебя у меня, выводит из себя, — в низком голосе звучала непривычная мягкость, — я уничтожу этот мир, залью его кровью и укрою пеплом, если с тобой хоть что-то случится, Небо моё. Ты — не тихая домашняя жена у очага. Ты воин, Аэри. Я горд быть тем, кого ты любишь. Я заставлю море вскипеть и высохнуть, если оно помешает мне увидеть тебя.

— Шан… — мой голос сорвался.

— Здесь, — он прижал ладонь к груди. Жесткое лицо застыло, — только половина сердца. Вторая у тебя. Я не умею говорить красивых слов, Аэри Сорлейн, но ты позволила мне присвоить себя. Ты вросла в мою душу. Ради тебя и для тебя я открою небеса и взлечу. Ты будешь рядом со мной. Всегда. В битве и на троне. Ты равная.

Пальцы дрожали. Слёз не было, небо не упало на нас, солнце не сменило луну. Просто в этот момент я поняла, он стоит всего. Этот мужчина стоил всего. Моей боли, предательства близких, смерти, борьбы. Всё ради того, чтобы дорога привела меня к нему. Скажи мне, что можно всё изменить — я бы не сделала этого. Ведь иначе я бы потеряла его.

— Я не отдам тебя даже смерти, Шаннер Мъярг. Не надейтесь, мой принц, — я накрыла его ладони своими.

Ночное платье окончательно перекрутилось, мысли о приступах вылетели из головы, а тело и разум пели.

Это состояние, когда тебе хочется обнять весь мир и стереть в порошок любого, кто посмеет нам помешать — это и есть любовь?

Он не сказал «люблю тебя». Он сказал гораздо больше.

— Тогда…

Я хотела развод. Сейчас же. Немедленно. Окончательно. Но в этот момент нас прервали.

В ту дверь, за которой скрывался потайной ход, и которая сейчас была накрепко запечатана, со всей силы застучали. Один из амулетов кронпринца резко завибрировал, а вслед за этим за дверью раздался голос Доргата:

— Можете меня побить, но, похоже, убивать скоро будут нас. Наш заговорщик активизировался. Жрецы прознали о том, что ты желаешь возродить Ушедшего, и объединились. Дворец окружен, горожане волнуются, под шумок эти твари наверняка попытаются покончить со всеми, кто им мешает. Не пора ли приводит наши планы в действие? Потом может стать поздно, — в голосе горгула звучало веселье, — а я ещё даже не успел поужинать!

— А что у нас на ужин? — Кронпринц переключился моментально.

Мгновение назад передо мной был влюблённый и желанный мужчина. Сейчас с пола поднялся жесткий, собранный и опасный противник.

— Белая рыба в лимонном соусе. Терпеть её не могу. Поэтому готов сегодня пропустить ужин, — доверительно сообщил горгул.

Я прикрыла глаза, беря чувства под контроль. Этого ты ждал, Сумрачный? Он молчал. Зато пела моя магия, шепча о том, что время настало.

Когда я открыла глаза, наши взгляды встретились. Шаннер медленно кивнул, сжимая мою ладонь.

— Я с вами. Предпочитаю мясо рыбе, — ответила коротко.

— Наш человек! — Хохотнул Доргат. — И впустите там Грэя, что ли, а то он что-нибудь себе отморозит.