Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 16 – Мария Вельская

Кровь в моих венах вскипела, обжигая.

Казалось, во мне тёк расправленный металл. Крик застрял в груди, пальцы впились в рёбра Кэса. Даже моя кожа в этот момент отливала металлом.

Тёмным, блестящим. Она мягко сияла в приглушённом свете, и это это сияние перетекало на Кэса. С каждой секундой оно становилось всё ярче и ярче, пока не стало настолько нестерпимым, что я прикрыла глаза.

Обжигающая вспышка заставила закашляться. Чудовищное напряжение стиснуло, сжало, сплющило — и отпустило, вытряхивая, как рыбину на берег. В ушах шумело. Рядом что-то бубнил знакомый голос — или два? Голоса наслаивались один на другой, сознание утекало, обманчиво кружило, обнимало меня звенящее безмолвие.

— Тихо, тихо, — над ухом раздался негромкий уверенный голос, — всё закончилось. Никогда не видел божественное чудо. За это я действительно благодарен тебе, Аэри… — сильные руки потянули меня наверх. Горячая кожа приятно согревала.

Мне было спокойно и уютно, и хотелось греться у чужого огня, греться до последнего, пока не прогонят. Я вцепилась пальцами в предоставленную руку, крепко сжала её и потёрлась щекой о шероховатую плотную ткань. Улыбнулась, чувствуя, как прохладные пальцы убирают со лба потные волосы и прослеживают дорожки из засохших слёз.

А потом на меня подули. Прямо в нос, заставив коротко зафыркать и неохотно, лениво приоткрыть глаза.

Прямо напротив меня застыло холодное красивое лицо кронпринца.

Шаннер Мъярг сосредоточенно пытался «выдрать» когтями прядь моих волос, раз уж расчесать, судя по всему, не удалось. Сознание неохотно выплывало из тьмы, возвращая воспоминания.

— Получилось? — Сил хватило на единственный вопрос. Самый важный.

Я дёрнулась, пытаясь понять, где мы и что происходит. И где Кэс⁈

Жёсткая рука удержала меня на месте.

— Осторожнее, — прозвучал бесстрастный голос с низкими бархатными нотками, — божественное чудо может воскресить даже из мёртвых, но никто не знает, что будет с тем, кто рискнёт его использовать. Боги коварны…

В ответ на это раздался протяжный вой Корри. Мантикора возмущало, что кто-то сомневается в его создателе. А, может, он просто хотел есть. Я уловила вдруг едва заметное ощущение — не своё, чужое. Довольство. Надежду. Жадное нетерпение. А вслед за ним по нервам хлестнуло жуткое предчувствие опасности.

— Чужие!

— Спрячься за алтарём и не высовывайся! — Последовал в ту же секунду приказ принца. — Кэссард там же.

Меня резко опустили на пол.

Мы находились в том же сумрачном старом помещении. Сквозь щели в потолке проглядывало хмурое небо, но дождя не было, только сильный ветер.

Чувство опасности подгоняло. Я проворным слоном (по-другому не скажешь) бросилась к груде камней, заползая за неё. Рядом блеснули глаза Корри.

В полутьме я с трудом заметила лежащего на чужом плаще Кэса. По коже пробежала дрожь, но тут до ушей донеслось тихое отрывистое дыхание. Брат спал. Просто… спал. Ужасные раны зарубцевались, сеть из жутких нитей исчезла.

Горло сжал ком. Я быстро заморгала, сжимая пальцами ладонь близнеца.

— Знаешь, кто бы ты ни был, где бы ты ни был, за одно это я готова преданно служить тебе и помогать до конца своих дней. Для меня нет никого дороже моей семьи. Я… спасибо тебе… спасибо. Спасибо…

Бессвязные благодарности рвались из горла. Мне казалось, что меня слышат, но предаваться сантиментам было некогда.