Книга Я не была твоим врагом, страница 52 – Юлия Арниева

— Госпожа заходила на кухню и заглядывала в кастрюлю, где обед для воинов готовился, – донёсся до меня женский голос у самого порога кухни, вынуждая меня резко остановиться.

— Леди Таллия весь день на ногах. Нора видела, как она сама за воином убирала, не побрезговала. Зачем ей травить людей в замке?

— Воины сейчас слабы. Если на замок нападут, некому защищать будет, – добавил незнакомый мужской голос, – дождалась, когда господин уедет, и потравила всех. А то, что лечит, так мы не знаем правда ли, может, для отвода глаз.

— Не болтайте! Ты видел, чтобы госпожа потраву в кастрюлю кидала? Нет?! Вот и помалкивай, пока головы не лишился! – прикрикнула Сэнга, за дверью что-то со звоном разбилось, мгновенно приводя меня в чувство. Первым порывом было развернуться и уйти, но я, собрав волю в кулак, двинулась на кухню.

— Госпожа! – тотчас испуганно воскликнула Сэнга. Быстро вытирая руки о фартук, она, заискивающе и настороженно улыбнувшись, спросила, – вы что-то хотели?

— Да, воинам на завтра не готовить. Вскипятите воду, до вечера пусть пьют только её. К ужину сварите лёгкий овощной суп.

— Как прикажете, госпожа.

— Эйли обедала?

— Да, как вы сказали, мясо с овощами.

— Хорошо, распорядись подать в покои ужин для меня и девочки, – произнесла я и, напоследок внимательным взглядом осмотрев замерших слуг, покинула кухню, услышав тихое:

— Совсем ослабнут…

Горько усмехнувшись, я не стала задерживаться и поспешила к Эйли, пока это был единственный в замке искренний человек, от которого я не боялась получить подлый удар в спину. Но, видимо, сегодня был вечер откровений: не успев выйти из узкого коридора, я услышала шёпот Эдны и решила не торопиться покидать своё тёмное укрытие.

— Милорд рискует, оставляя девочку с ней. Леди Таллия чужая, и мы не знаем, что у неё на уме. Леди Сесиль сказал, что графиня Девон ненавидит всё, что связано с одарёнными.

— Леди Сесиль… – хмыкнул старческий голос, назидательным тоном промолвив, – Эйли может за себя постоять, я бы больше волновался за самочувствие леди Таллии. Если госпожа решится напасть на дочь Алана, то может пострадать.

— Да, но… мы не знаем, на что способна леди Таллия. Ещё это отравление… слуги болтают, что госпожа заглядывала в кастрюлю.

— Разве за ней по пятам не ходит стража?

— Ходит, но… – что «но» я уже не стала слушать, за моей спиной раздался скрип открываемой двери и мне пришлось выйти из коридора. Моё появление в холле оказалось для экономки и отца Мерфи неожиданным, однако оба сумели сохранить лицо и не подать виду, что секунду назад обсуждали господ.

— Леди Таллия, я был в казарме, воинам стало лучше, – проговорил священник, ласково мне улыбнувшись.

— Хорошо, я рада, – промолвила я, чувствуя, что ещё немного – и от бесконечной усталости, растущего раздражения сорвусь, и, натянуто улыбнувшись, продолжила свой путь, но поднявшись до середины лестницы, бросив на застывшую Эдну насмешливый взгляд, проговорила, – распорядитесь приготовить мне ванну.

— Как прикажете, госпожа.

В спальне было темно, света от единственной зажжённой лампы было недостаточно, а в камин не подложили дров, и крохотные язычки пламени вот-вот должны были погаснуть. Но всё же скудного освещения было достаточно, чтобы рассмотреть спящую малышку. Девочка, приобняв пока ещё плоского и бесхвостого кота, сладко посапывала, а её губы тронула лёгкая улыбка.