Книга Я не была твоим врагом, страница 49 – Юлия Арниева

— Что Эдна? – спросила, вглядываясь в тёмное пятно у дверей замковой часовни, – всё в порядке?

— Да… вы были в кабинете?

— Алан разрешил мне приходить туда в любое время, – ответила, с трудом уняв поднимающееся внутри меня раздражение. Давно мне не приходилось оправдываться и отчитываться за каждое своё действие и это уже начинало меня угнетать.

— Он мне ничего не сказал, – озадаченно проговорила экономка, бросив взгляд за мою спину, промолвила, – вам что-то нужно?

— Да, подайте в покои милорда отвар, молоко и печенье, – распорядилась, и более не сказав ни слова, продолжила свой путь.

В коридоре второго этажа горело всего две масляных лампы, освещая небольшие пятачки, остальное пространство было погружено в темноту. И только осознание, что за мной по пятам следует стража, придавало мне смелости идти по этому жуткому, навевающему ужас коридору. Дойдя до двери теперь уже и моей спальни, я чуть замедлила шаг, но решительно пошла дальше. Проходя мимо дверей покоев, которые занял лорд Гавин, я от удивления запнулась, услышав знакомый переливчатый смех служанки Тары, и поспешила пройти подальше. Двери комнаты леди Сесиль были чуть приоткрыты, на мгновение мне показалось, что там кто-то есть, но тут за моей спиной раздался тяжёлый вздох одного из стражей и я, ускорив шаг, устремилась к последней комнате.

— Не спишь? – тихо проговорила, заглянув в покои Эйли. Девочка, нахохлившись, как воробушек, с ногами взобравшись на кровать и обхватив своё худенькое тельце руками, пристально всматривалась в камин, где пламя изгибалось в причудливом танце.

— Знаешь… мне неуютно что-то сегодня находится одной в комнате, – проговорила, так и не дождавшись ответа от ребёнка, – составишь компанию? Я попросила принести в покои твоего отца печенье и молоко.

— Папа уехал, – пробормотала Эйли, наконец, оторвав взгляд от огня, она несмело сползла с кровати и быстро схватив сорочку, рванула к выходу. А оказавшись в коридоре, девочка тут же инстинктивно придвинулась ко мне, однако привычно держала безопасную дистанцию.

В покоях Алана было тепло и уютно. Зажжённые сразу четыре масляные лампы мягким, тёплым светом озаряли каменные стены. От пламени в камине шёл приятный жар, поленья весело потрескивали, а завывание в трубе от вдруг поднявшегося ветра, странным образом успокаивало. Заперев дверь на засов, я неспешно прошла к столу, на котором нас дожидался поднос с моим заказом и тихонько проговорила:

— Угощайся и с подружкой не забудь поделиться, а я пока приготовлю тебе постель.

— Огонёк рассердилась и не показывается, – пробормотал ребёнок, забираясь на стул.

— Я думаю, она просто напугалась или чувствует себя виноватой из-за того, что нечаянно меня обожгла. Но я не сержусь и не обижаюсь на малышку, она ещё совсем кроха и только учится управлять своей силой, – произнесла, намеренно, не называя имени питомца, интуитивно предположив, что появление саламандры зависит от настроения самой девочки.

— Правда?

— Конечно, – с улыбкой ответила, расправляя на диване тёплое одеяло.

Спустя минут двадцать, когда отвар и молоко были выпиты, а печенье, кроме одного, оставленного Огоньку, были съедены, мы разместились каждая на своём ложе. И едва маленькая головка коснулась подушки, девочка, широко зевнув, тотчас заснула. Мне же не спалось, мысли о будущем не давали мне покоя…