Книга Царица острова Кабос, страница 75 – СИрения

Той же ночью, в полном молчании, Ариэль и Кассия бродили среди обгоревших обломков. Он не говорил ни слова. Его плечи были ссутулены, в глазах — пустота. Кассия, набравшись смелости, наконец заговорила. Её голос был тихим, но твердым в ночной тишине.

— Они боятся тебя, Ариэль. Не твоих кораблей. Тебя. Твоих идей. Того, что ты можешь изменить будущее. Они ломают твои инструменты, потому что не могут сломать тебя самого.

Он медленно повернулся к ней. В его глазах, помимо боли, читалось нечто новое — холодная, беспощадная ярость.

— Они ошибаются, — прошептал он. — Они показали мне, как надо бороться. Не убеждением. Не чертежами. — он сжал кулак, глядя на тлеющие угли. — Силой. Я играл с ними в созидание, а они играют на уничтожение. Что ж. Теперь я знаю их правила.

Это был переломный момент. В эту ночь в Ариэле умер наивный мечтатель, верящий в силу разума. Родился другой человек — решительный, жесткий, готовый к той грязной войне, которую ему навязали.

На следующее утро Эней, потрясенный пожаром на верфи и провалом Веча, в ярости ворвался в зал совета.

— В городе завелась крысиная стая! — прогремел он. — И мы будем выжигать её калёным железом! С сегодняшнего дня вводится военное положение! Комендантский час! Все подозрительные — под стражу!

Это была реакция старого солдата — грубая, прямая, силовая. Но она сыграла на руку Дециму. Жесткие меры Энея лишь настроили против власти тех, кто еще колебался. Страх перед римлянами стал замещаться страхом перед собственной стражей. Флавия, наблюдая за этим, понимала, что теряет контроль. Её метод — убеждение — провалился. Метод отца — сила — лишь усугублял раскол. Метод Ариэля — инновации — был физически уничтожен. Они проигрывали войну в тылу, даже не начав сражаться с врагом внешним. В своей комнате, глядя на карту Кабоса, Флавия в отчаянии спросила Марка:

— Что нам делать? Они ломают нас изнутри.

Марк, всегда находившийся в тени, на этот раз ответил не как верный офицер, а как стратег:

— Мы играем в их игру и проигрываем. Нужно изменить правила. Найти не их солдат, а их генерала. Найти Децима. И уничтожить.

Это был призыв к самой грязной и опасной из всех войн — войне в тени. К войне, для которой у Флавии не было ни опыта, ни желания. Но иного выбора не оставалось. Крылья «Стрижа» были сломаны. Теперь предстояло сражаться в грязи.

Решение было принято. Если Децим ведет войну из тени, то и они должны были спуститься в эту тень. Флавия, с одобрения Энея, санкционировала создание особой группы, подчиняющейся лично ей и Марку. Их задачей был не сыск в привычном понимании, а точечные, точные удары по сети Децима. В эту группу вошли несколько самых проверенных ветеранов Энея, недовольных нынешними настроениями в страже, и, к удивлению многих, — Кассия. Именно она, с её аналитическим умом, знанием римской тактики и незаметностью, стала мозгом операции. Пока Ариэль с мрачной решимостью руководил восстановлением флота, уже не как мечтатель, а как мститель, Кассия днями и ночами изучала донесения, финансовые отчеты купеческих гильдий и списки гостей на приемах у матроны Клавдии. Она искала невидимые нити.

— Децим осторожен, — говорила она Флавии и Марку, разложив на столе схемы. — Он никогда не связывается с исполнителями напрямую. Но ему нужны ресурсы. Золото для подкупа, оружие для диверсантов. И здесь он зависит от других. — она ткнула пальцем в одно из имен. — Квинт, меняла. Через его контору проходят все крупные сделки с материком. И его финансы за последний год выросли втрое без видимых причин.