Книга Царица острова Кабос, страница 26 – СИрения

Верховный жрец снова вышел вперед и пропел новую фразу, на этот раз короткую и повелительную. И тогда из толпы у входа в храм вышли двое юношей и две девушки. Они были облачены в синие, траурные одеяния, и лица их были бледны, но полны решимости.

— Почему они в трауре? — прошептала Арсея.

— Они прощаются, — тихо объяснила Бутатис. — Прощаются со своей прошлой жизнью, со своими именами, со своими желаниями. Отныне их «я» умрет, чтобы возродиться как часть богини. Их будущее — вечное единение с Нейт.

Толпа, затаившая до этого дыхание, внезапно взорвалась оглушительными, почти истерическими аплодисментами. Избранные, не обращая на это внимания, опустились на колени и хором произнесли слова клятвы, которые Арсея не могла разобрать. И в тот же мир грохот щитов прекратился, и наступила оглушительная тишина, более страшная, чем предыдущий шум. Жрецы и жрицы, стоявшие у статуи, развернулись и строем ушли обратно в храм. Двое мужчин в черном обошли народ, собирая в корзины принесенные дары, и тоже скрылись внутри.

Старый жрец подошел к четверым избранным, все еще стоявшим на коленях. Он протянул им руки, и они, поднявшись, взялись за них, образовав живую цепь. Медленной, призрачной вереницей они скрылись в темном проеме храма. Толпа начала расходиться, но в воздухе все еще витало ощущение невероятной, свершившейся тайны.

Бутатис обернулась к Арсее. Ее лицо было серьезным.

— А теперь, — сказала она, и ее голос прозвучал торжественно и зловеще, — начинается самое главное. То, что не дано видеть простым людям. То, ради чего ты здесь.

И, крепко сжав руку Арсеи, она потянула ее за собой в зияющую темноту храма, навстречу тайне, обещавшей навсегда изменить ее душу.

Бутатис резко потянула Арсею вглубь храма, за массивную колонну, чья тень поглотила их целиком.

— Держись подальше от центра, — прошептала жрица, ее голос был напряжен. — Сила, что нисходит сюда, непредсказуема. Она может ослепить неподготовленного.

Арсея, прижавшись к холодному камню, с замиранием сердца наблюдала, как ритуал набирал силу. Жрецы и жрицы, образовав замкнутый круг, вновь начали свой гипнотический аккомпанемент — теперь звуки гонга были глубже, вибрация от них отзывалась в самой груди. В центр зала внесли две величественные мраморные ванны, и к ним подвели четверых избранных — двух юношей и двух девушек. С них торжественно сняли одежды, и Арсея невольно поразилась их физическому совершенству. Каждое мускулистое тело дышало силой и здоровьем, будто отлитое самими богами для высшей цели.

— Я говорила, — тихо напомнила Бутатис, — лишь самые крепкие духом и телом удостаиваются этой чести. Когда-нибудь, может быть, и я... — в ее голосе прозвучала мечтательная, но трепетная нота.

— Но в чем их истинное предназначение? — снова спросила Арсея, чувствуя, как тайна сгущается вокруг них.

— Терпение, — уклонилась от ответа Бутатис. — Скоро твои глаза узрят то, что немногим дано видеть.

Двух избранных девушек помогли опуститься в ванны, и круг жрецов сомкнулся вокруг них, скрыв от посторонних глаз то, что происходило внутри. Арсея с досадой встала на цыпочки, но ничего не могла разглядеть.

— Не стремись увидеть это, — шепнула Бутатис. — Им очищают тела, готовя сосуды к принятию божественного дара. Это всего лишь предварительный обряд.