Книга Право имею, страница 64 – Айлин Лин

— Совершенно верно.

Голос оказался резче, чем ожидал Пётр, и да, он слегка картавил.

— Михаил Филиппович предупредил вас о характере работы? — сразу перешёл к делу Громов.

— В общих чертах. Имущественное дело по заповедному имению. Требуется разобрать книги, банковские выписки, закладные, арендные поступления и расходы управляющего. Найти несоответствия, если они имеются.

— Присаживайтесь, — Пётр кивнул на стул напротив стола и Ульянов, сделав несколько шагов, сел на указанное место. Манеры у молодого помощника были правильные, но без малейшей угодливости. Он кивал где нужно, кланялся, но не из почтения, а потому, что так проще и быстрее.

— Что же, поработаем, Владимир Ильич, — сказал Пётр, водрузив на стол папки, — для начала посмотрим, что из этих бумаг можно использовать в суде.

Ульянов, предвкушающе сверкнув глазами, подался вперёд:

— Если несоответствия имеются, я их найду.

* * *

Александра

В контору Петра Ильича я заехала по пути в мастерскую Красильникова Мирона Даниловича.

Я смотрела в окно на проплывающие мимо дома и думала о том, что буквально через несколько минут встречусь с живым Лениным. Эта мысль будоражила воображение, не давая покоя, и занозой колола где-то под рёбрами.

Сани остановились у дома, где помещалась контора Громова-младшего. Макар вышел первым, затем помог спуститься мне и Дуняше, сегодня она была моей компаньонкой. У подъезда стоял мальчишка с корзиной калачей, переминался с ноги на ногу и дул на красные пальцы. На соседнем крыльце спорили двое мужчин в строгих пальто. Обычный петербургский день, ничем не примечательный для всех вокруг, кроме меня.

Мы вошли в приёмную. Алексей Митрофанович при виде меня поспешно поднялся из-за своего стола, поклонился и принял мою шубу.

— Пётр Ильич у себя, Александра Николаевна. Ожидают вас. Владимир Ильич также здесь, его посадили в соседней квартире, — зачем-то тихо добавил он.

Я благодарно ему кивнула, тут дверь в кабинет поверенного отворилась, и ко мне вышел сам Громов.

— Александра Николаевна, — слегка улыбнулся он.

— Пётр Ильич, — я подала ему руку. Мужчина аккуратно сжал мою ладонь и задержал в своей чуть дольше необходимого.

— Прошу, — посторонился он, пропуская меня вперёд.

— У меня для вас неприятная новость, — тут же перешёл к делу Пётр, стоило мне устроиться на стуле для посетителей. — Сегодня утром скончался Лушков. Официально от паралича сердца.

— Неприятные вести, — в груди заныло от плохого предчувствия, которое я тут же попыталась отогнать прочь. — Отравили?

— Возможно. Завьялов изъял остатки пищи, опрашивает смену. Думаю, тело уже осмотрел городской врач, но со мной пока не связывались.

Живой Лушков вполне мог заговорить. Но не успел.

— Что осталось?

— Завьялов сегодня вызвал для дачи показаний его дочь. Высока вероятность, — старик рассказал ей больше, чем следователю.

— Ну, хоть что-то, — негромко проговорила я себе под нос. — А Ульянов? — сменила тему.

— Уже работает. Снял ему соседнюю квартиру, седьмого января отправлю его вместе со своим письмоводителем к вам в поместье. Будут вдвоём проверять книги и отчёты.

— А вообще, какое у вас сложилось впечатление о Владимире Ильиче? — было интересно мне.

— Въедлив. Дерзок. И вы оказались правы, он быстро находит лишнее.