Книга Фрейлина. Путь домой, страница 154 – Тамара Шатохина

— Странно все это, Таисия, — прошептала мама, — только приехав, два года не видавшись…

— Хочу одна побыть, мама, — отложила я приборы, — мне пережить надо, смириться, осознать. Молча, в тишине — без любого общества, прости, — сглотнула я тяжело — пережало горло.

Все правда. Мне нужно было пространство, нужно было время. Права она — я хотела бы быть сама себе хозяйкой. Как-то организовать свое будущее и успеть сделать это до окончания траура — не дай Бог император настроен серьезно и правда собирается обезвредить меня таким образом.

Я сильно сомневалась, что он в курсе наших с Костей отношений — все было бы иначе. Скорее только подозрения на основании тех еще наблюдений… и свадьба моя скоропалительная из тех же соображений — печально улыбнулась я. А раз вышло тогда, то почему бы и сейчас не запихнуть меня в брак, устранив пускай и предположительную, но угрозу? Что там у него для сына — очередная невеста или еще какие планы? Родительская забота, желание предотвратить опасность неправильных отношений?

Я понимала его. А, пожалуй, и причину вот этой ситуации с надзором тоже. Как и любому мужчине, ему нужна была определенность и конкретика. Как тому же отцу Иоанну, духовнику Ольги. В отношении срочных мер по борьбе с холерой он поддержал меня сразу — выглядело разумно. Но что касаемо предсказаний на будущее, ему требовалось подтверждение. Хоть какое-то, хоть что-то. И теперь он ждал — найдут золото на Аляске или нет.

Соберись я тогда и назови французскую революцию, как пример своей правды... Но психи, нервы, гормоны. На что сподобилась, на то и сподобилась.

Так что император, скорее всего, тоже ждет подтверждения моим словам и это Польша. Не так и долго ждать, вполне себе терпимо — подойдет там к нему австро-венгерский император с просьбой о помощи или нет? А оттуда и плясать станем… тогда и решение обо мне будет принято окончательно. А пока — вот так. Граф Орлов из ближайшего своего окружения выделил… и да — скорее всего, все-таки охрану. Подтвердится все — и я ценный веник.

Рассказывать Орлову он ничего не стал — элементарно не успел бы. Значит просто велел присмотреть, взять под надзор то есть. Истерила я получается зря. Много чего я здесь делала зря...

— Благодарю за вкусный завтрак, маменька, — встала я из-за стола, — Аркадий Архипович, не составите мне компанию для прогулки в саду? Есть разговор, — небрежно поправила я складки летнего платья с юбкой из полосатого черно-белого шелка. Корсаж был черным — я отчаянно искала компромиссы, не желая полного траура. Убивало это, будто накликать боялась… носила его вынужденно, через силу. Свечки в церкви о здравии ставила.

— С радостью, — быстро встал мужчина из-за стола, — если Елизавета Якобовна не против.

— Отчего же я могу быть против? — мрачно усмехнулась маменька, — Таисия свободна в своих делах и желаниях. Но в последствия разговора, надеюсь, буду посвящена.

— Непременно, — поцеловала я ее в щеку.

Этим утром я познакомила Диму и Илью Ильича. Постаралась сделать это грамотно — мужчина присел на корточки, улыбался, говорил тихо — все по инструкции. В результате ребенок весело показал ему уже имеющиеся зубы и полез смотреть что там под повязкой. Сейчас, уже накормленный, он гулял в саду под присмотром Даши и дядьки. Груша степенно прогуливала в коляске Настеньку.