Онлайн книга «Жизнь на грани фола»
|
— Ситар, — пояснил Довженко для несведущих. — Джордж Харрисон на нем знатно бацает. Узнав, что Анка тоже музицирует, он всучил ей гитару, заставил сыграть и спеть несколько песен, от которых пришел в восхищение. — У тебя талантище! Никогда не слышал такого лирического психодела… Это что-то свежее! Панк-рок с примесью фолка… Анка отнекивалась: — По панку это у нас Хряк большой мастер… — У Хряка свой стиль, у тебя свой, — упрямствовал Довженко. — У него уклон в сторону глэма, а у тебя явные отголоски нью-вэйв… Их диспут перешел в такую узкоспециальную дремучесть, что Касаткин начал зевать. После длительного перелета из Германии и посиделок в кафе с сонной дозой алкоголя его прямо-таки срубало. Он прилег на отведенную ему хозяином квартиры раскладушку, под бубнеж о рок-музыке сладко уснул и проспал до утра. Встал пораньше и в назначенный час прибыл на базу армейцев в подмосковном Троицке. Доложился у вахтера и был немедленно препровожден в кабинет Тренера — спартански обставленное помещение, главной достопримечательностью которого была полка с разноформатными кубками. Тренер был не один, вместе с Юрзиным. Оба поздоровались с Касаткиным за руку, Юрзин при этом никак не выказал свою всегдашнюю холодность — напротив, вел себя приветливо, предложил оставить в прошлом все недоразумения и разногласия. А Виктор Васильевич указал Алексею на стул с потертой шерстяной обивкой и без предисловий объявил: — С сегодняшнего дня зачисляешься в клуб. Будешь играть в третьем звене, партнеры тебе знакомы, над взаимодействием еще поработаем. Зарплата — двести пятьдесят рублей в месяц, это для начала. Плюс премиальные — по сто восемьдесят за каждую победу. За международные матчи — побольше, в зависимости от турнира. Что еще? Ты не московский, значит, жить негде… На первых порах получишь комнату в общежитии. Будешь стараться, рассмотрим возможность предоставления служебной квартиры. Если согласен, оформляем документы — и на тренировку. Раскачиваться некогда, через неделю играем на выезде, в Горьком. У Касаткина закружилась голова. Двести пятьдесят рэ! Ему и не снилась такая зарплата. Плюс премиальные. В осенние месяцы проводится в среднем по два матча в неделю. Армейский клуб — фаворит первенства, в прошлом сезоне в тридцати шести турах одержал двадцать восемь побед. Вполне реально, что и в нынешнем будет придерживаться такого же графика. Если даже рассчитывать на шесть побед в каждых восьми играх, то, получается, премия в месяц — больше тысячи! Фантастическая математика! Алексей собрал волю в кулак, чтобы не выдать своих истинных чувств. Сейчас… сию минуту… может быть, переломный момент всей его жизни. Согласись — и не будешь ни в чем нуждаться. Станешь знаменитым и богатым, перед тобой откроются все двери, ты начнешь летать за границу, как в какой-нибудь Свердловск или Тамбов, будешь завсегдатаем дорогих ресторанов и «Березок» с дефицитными товарами. Ты будешь загорать на лучших черноморских пляжах, кататься на роскошных теплоходах, и — чем черт не шутит! — через пару лет сбудется пророчество Шкута: сам Высоцкий попросит у тебя автограф… С тобой и так обошлись очень милостиво — предоставили второй шанс после того, как ты бездумно отверг предложение, сделанное в кабинете Павловского в Адмиралтействе. Это исключение из правил, значит, знак судьбы. Ты должен расти, должен делать карьеру, и никто тебя за это не осудит. Ты поступишь правильно. |