Онлайн книга «Четыре шага в бреду»
|
— А за этот год тоже будут 50 лучших поэтов? — Ляпин обещал после продажи 300 экземпляров гонорар выплачивать. Вы подтверждаете? — А в другие магазины эти книги поступать будут? — Презентация начнется через двадцать минут на втором этаже. Мы туда через двадцать минут подойдем и на все ответим, — заверил Алекс. Стрелец Миша с трудом вытеснил из кабинета возбужденную публику. — Интересно, они Жорку быстро или медленно порвут на части, — задумалась Ева. — А может, еще на руках качать будут, — предположила Лара. Кофе они дожидаться не стали, поспешили на выручку доморощенному меценату. Над входом в клубный блок висела арка из воздушных шаров, их обычное украшательство при открытиях всех выставок и презентаций. За аркой в сторонке стоял стол с пластиковыми стаканчиками шампанского, которые мгновенно расхватывались полусотней гостей, на небольшом подиуме за баррикадой из двух столов, на которых громоздились стопки «50 лучших поэтов», находились ресепшенистка Ира и Хазин. Одна очередь выстроилась к Ире за покупкой книги (по 200 рублей), другая — к Хазину: кто получать по 5 авторских экземпляров, кто предлагать выставить в «Биреме» на продажу свои самиздатовские поэтические книженции, кто пытался всучить для следующего поэтического сборника стихи, отпечатанные на пишущей машинке. Из затеи выступлений семи имеющихся авторов ничего не вышло. Минут через тридцать вся поэтическая братия плавно переместилась на первый этаж в кафе, где прямо из воздуха возникли самостийные бутылки водки, нарезки колбасы и сыра. Алекс дал команду персоналу не обращать на это внимания, сам со своими гранд-дамами тоже немного поприсутствовал — ему такое забубенное поэтическое сборище было внове (все же иная тусовка, чем с художниками и журналистами). Особенно веселило, как Юрий Ляпин из наглеца и узурпатора на глазах превращался в благодетеля и покровителя, каждый хотел с ним выпить, многие на брудершафт, Жорка как мог отбивался. Тут были и седовласые поэты со своими поклонницами, и вполне юные дарования, и все словно говорили друг другу: мы с вами одной крови. Пошли и читки стихов: и своих, и тех, которые в сборнике особенно бросились в глаза. Таким же однокровником с ними выглядел и Жорка, не забыл даже под занавес нужную речь сказануть: — У меня в этом сборнике было две цели: во-первых, вывести в бумажном виде малонадежные цифровые носители «Светлобеса», во-вторых, и в главных, мне просто было жалко собственного труда: читать, оценивать, размещать на цифре, и чтобы это где-то бесследно сгинуло — нетушки. Вот и создал нетленку своим литературным преференциям. А вы думали — что-то другое?! Подвыпивший народ от души восторгался: ну выкрутился так выкрутился! 15 В восемь вечера до темечка пресытившись многолюдьем, Копылов на дежурной машине поехал в Треххатку. По дороге вспомнил содержание своего холодильника и попросил стрельца выбросить его у супермаркета. С пакетом продуктов подходя к дому, услышал сигнал клаксона. Из стоящего во дворе «лексуса» выпорхнула собственной персоной Сабина-Банкирша. — Я уж думала совсем не придешь. — Что, согласна на прослушку? — Потом скажу. Не хочешь меня в квартиру пригласить? Я же знаю, что там никого нет. Или такой, как ты, может чего-то бояться? |