Книга Четыре шага в бреду, страница 118 – Евгений Таганов

Еще спрашивала про шрамы от пулевых ранений у основания шеи и на боку: неужели действительно пули, а за что и как?

— Когда будет третье, юбилейное ранение, и про эти тогда расскажу.

— А оно будет?

— Обязательно. Кстати, это и тебя напрямую касается. Одну мою подругу уже в заложницы брали, вот жду, когда вторую возьмут. Выберут, естественно, такую, которая чаще вокруг меня кружится. Имей это в виду.

— Так это поэтому ты своих подруг меняешь как перчатки, чтобы у похитителей все в головах перепуталось? Почему тогда охраной меня не обеспечиваешь?

— А хочешь? Могу.

— А у Лары и москвички охраны почему нет?

— Потому что они не дочери банкиров. Киднеппинг не плебейское дело.

— Ты себя плебеем тоже чувствуешь, — немедленно уколола она.

— Конечно. Это патриции должны все делать с оглядкой на свое достоинство. Мы же, плебеи, да еще российского разлива, можем делать абсолютно все, что сбрендит на ум. Пепел великих революций всегда стучит в нашем сердце, как говорит Жорка.

Вопрос об охране так в воздухе и растворился.

Весь следующий день у него прошел в разъездах на джипе Вадима. Сначала они прокатились к «Острову Сокровищ». Вадим свою пайку (испросив у Пана Директора разрешения) изъял оттуда еще неделю назад, теперь была очередь Алекса. Садовый совок был наготове. Правда, пришлось копать в трех местах, прежде чем он нашел свой схрон.

— Будешь перепрятывать или сразу в дело? — поинтересовался надёжа-подельник.

Алекс едва удержался, чтобы не ляпнуть: «На содержание родного Департамента».

— На текущие расходы, — пояснил скромно.

Потом он попал на обед к Аникею в дорогом гламурном ресторане. Впрочем, самого обеда ему не досталось, выпил стакан какого-то морса, поклевал винограда, изложил дело и за дверь. Другой назвал бы такую ситуацию унизительной (даже не дали партнерски откушать), но Алекс был только рад выскочить оттуда как можно скорее. Главное, что он сполна получил то, что требовалось: имя премьерного денежного карася и сумму, нужную с него стребовать, полную автономию своих действий (нигде и никак не будет засвидетельствовано, что он штатный сотрудник «Элиса»), обещание, что сия работа не временная, а постоянная. Немного не сошлись лишь в оплате: 15 тысяч в месяц на всю группу вместо запрошенных 30 и 1,5 % роялти вместо 3 % от вырученных сумм.

Техническая помощь тоже была сильно урезана:

— Все электронные прибамбасы и хату с машинами ты и так получил. Хорошо, пусть Нил звонит мне, а я даю распоряжение Полковнику, но не злоупотреблять.

— И насчет Плохиша, — добавил Аникей под конец разговора. — Обиженный им Вагин Лев Борисович сказал, что если он вернет двести штук, то сможет ходить не оглядываясь.

Чуть позже на стрелку в летнем кафе к Алексу с Вадимом подъехал Нил, и они обсудили планов громадьё. «Стеклянные бусы», предложенные Аникеем для парней, прозвучали вполне приемлемо, согласились даже пустить на зарплату пока не двенадцать тысяч, а восемь. Зато зацепились за фамилию Премьерного карася, кондитерского короля Слонимского, по слухам, у того в службе безопасности была целая бригада головорезов. Как с такого что-то стребовать? Значит, нужны еще помощники, желательно без допуска ко всей информации.

— У тебя же в Питере свое охранное агентство, — напомнил Вадим.