Книга Кодекс Рода. Книга 4, страница 44 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Пару? Пару десятков морщин, — усмехнулся он и провел рукой по лицу.

Смеясь и подшучивая, они направились к дверям. Я убрал Кодекс в нижний выдвижной ящик стола и завалил сверху бумагами, решив, что позже найду или сделаю какой-нибудь тайник. Информация, которая там хранилась, могла привести империю к хаосу и анархии в лучшем случае. А про худший я даже думать не хотел.

Кислые щи у бывшего управляющего действительно были невероятно вкусные. Я даже попросил добавку, и Павел Васильевич с готовностью налил мне еще два половника.

После обеда к нам пришел Боря с отчетами и докладами.

— Роман Степанович, после ремонта свинарника мы закупили пятьдесят голов поросят и сейчас их усиленно кормим прошлогодними нераспроданными овощами и крупами. Ветеринар сказала, что они прибавляют хорошо. Если так дальше пойдет, то оставим пару хряков и несколько свиноматок, а остальных в следующую зиму на убой. Нина подсуетилась, и хороший договор с колбасным заводом согласовала. За лето сделаем ремонт в коровнике, и можно будет молодняк покупать. Говядина подороже свинины стоит, да и молоко опять же круглый год можно продавать…

Он еще долго рассказывал нам о своих планах и о том, что уже сделано. Мы с матушкой слушали и с улыбкой переглядывались. Повезло нам с работниками.

Только поздно вечером мы выехали домой. Сначала хотели остаться с ночевкой, но матушка передумала. Она решила обновить все ткани, включая постельное белье, шторы и салфетки, поэтому раздала прежние местным женщинам. К тому же велела Боре найти домработницу из ближайшей деревни, которая бы ухаживала за домом и прислуживала, когда мы туда будем приезжать.

— Как хорошо, что все налаживается. У меня ощущение, что скоро вернется отец, — призналась она, когда мы уже подъезжали к городу, утопающему в огнях фонарей, фар и ярких окон.

Я лишь кивнул. После прочтения Кодекса надежда на то, что отец все еще жив, угасала.

На следующее утро из Екатеринбурга приехал Семен. Матушка обняла старого слугу и сказала, что теперь точно вернется отец, раз у нас все так, как было до его исчезновения.

— Когда он вернется домой, я не упрекну его ни словом, ни взглядом. Я забуду все слезы, которые пролила, и все тяготы, которые перенесла. Лишь бы только он вернулся, — печально сказала она, когда мы сели за стол. А затем молитвенно сложила руки и посмотрела наверх.

Я знал, что все ее молитвы были направлены лишь на то, чтобы отец был жив. Мне даже стало интересно, появится ли в моей жизни женщина, которая будет так же сильно любить меня, как матушка отца.

Чуть позже я поехал в автомобильный салон. Матушка очень не хотела что-то менять в своей жизни, поэтому попросила такой же, какой был у нас прежде. Однако прогресс не стоит на месте, поэтому точно такую же машину можно было купить только с рук, и я выбрал машину внешне похожую на ту, которая провалилась под землю на участке Сусликовых, но она была значительно лучше.

Я не брал с собой водителя, поэтому сам пригнал машину к дому, отчего получил несказанное удовольствие. Хоть и не принято аристократу самому ездить за рулем, но мне это нравилось.

Матушка осталась довольна автомобилем, поэтому в знак благодарности тут же набила подарками машину, которую мы взяли попользоваться на время, и отправила ее владельцам.