Книга Кодекс Рода. Книга 4, страница 23 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

Вскоре мы зашли домой, и снова порадовались артефактам-обогревателям. В доме было тепло и уютно.

Я позвонил друзьям, и они уже через двадцать минут собрались у меня. Мы с Семеном привезли из Москвы различные вкусности и с удовольствием их угостили.

— Каких только тварей в нашей империи не встретишь. Прям не лицевой мир, а изнанка-какая-то, — покачал головой Сухарь, когда я им рассказал про Конопляникова.

— Меня больше всего волнует, почему они постоянно крутятся возле Ромы? — Ева с беспокойством посмотрела на меня и сильнее прижалась.

— Это не они крутятся, а Рома за ними бегает, — расхохотался Егор.

Я не успел ответить, так как зазвонил мобилет.

— Привет, Олег! Какие новости?

— Здорова, Рома. Новостей куча. Во-первых, мы арестовали всех, кого ты назвал подручными Алмазова. По правде сказать, с некоторыми из них я довольно хорошо был знаком и даже успел с одним подружиться. Близко подобрались, твари. Но мне это не помешало обойтись с ними так, как они того заслуживают. Во-вторых, все имущество и собственность Алмазова — Гиенова переходит империи. Как оказалось, у него нет наследников. Он так хотел власти и денег, что сам истребил весь свой род.

— Но все будет продолжать работать и ничего не закроется? — уточнил я. Меня волновали Филя и Софья. Ведь они оба работали на предприятиях, принадлежащих Алмазову.

— Конечно, будут работать. Государство не оставит людей без работы, а себя без доходов… В-третьих, у меня для тебя письмо, — загадочно добавил он.

— Что за письмо?

— Если разрешаешь, то я его открою и прочитаю тебе содержимое.

— Давай, читай, — я сделал знак, чтобы друзья притихли.

— Та-ак, уважаемому графу Големову Роману Степановичу. Ага, читаю текст письма: «Ваше Сиятельство, имеем честь пригласить вас на торжественную церемонию вручения награды 'За заслуги перед Российской империей». Дальше написано, где и когда она состоится.

— И когда же?

— На следующей неделе в понедельник.

Я повернулся к друзьям:

— Сегодня какой день недели?

— Среда, — ответила Ева.

— Хорошо. Я поеду.

— Ты едешь не один, — довольным голосом сказал Олег.

— А с кем?

— Со мной. Так что куплю сразу два билета, чтобы полететь вместе.

— На дирижабле?

— Конечно. Не на поезде же. Терпеть не могу поезда, — ответил он и отключился.

Друзья слышали весь разговор, поэтому принялись наперебой поздравлять.

Встреча с императором и его приближенными сулила мне огромные перспективы. Для моего рода это отличные возможности, как в плане репутации, так и в плане налаживания нужных связей.

Дни до поездки пролетели незаметно. Зинаида все-таки заставила меня отрабатывать пропуски, поэтому я каждый день после занятий шел в деканат и заполнял различную документацию.

В субботу утром я поехал в город, и мы вместе с Олегом сели в дирижабль до Петербурга. Всю дорогу мы обсуждали Алмазова. Чем больше Олег рылся в его делах, тем больше погрязал в черноту, похожую, как он сам признался, на тягучее болото. Одно его радовало, что все причастные уже за решеткой и выйдут оттуда только для того, чтобы добраться под конвоем до каторги.

— Кстати, меня зовут обратно в Москву. Обещают хорошую должность и зарплату побольше, — сказал он мне, когда мы сидели в ресторане дирижабля.

— Согласился?

— Пока думаю, но скорее всего, вернусь. Теперь, когда Екатеринбург очищен от Лиги, мне больше нечем заняться, а для мелких дел есть полиция.