Книга Кодекс Рода. Книга 2, страница 40 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Твое имя что-то значит? — поинтересовался я.

— Бессмертный, истинный, грозный.

— Громкое имя. А оно соответствует действительности? — поинтересовался я.

— Деда, мы с Ромой ко мне пойдем, — сказал Биг и хлопнул в ладоши.

Свет снова померк, и мы очутились в… небе? В воздухе?

— Где мы? — спросил я, озираясь.

Мы просто висели в светлом пространстве, в котором абсолютно ничего не было. Впрочем, как и притяжения. Я не мог упасть, подпрыгнуть или лечь. Сколько бы я не махал руками и ногами, все равно оставался на месте перед Бигом.

— А теперь мы с тобой серьезно поговорим. Дед позвал меня, чтобы я помог решить тебе кое-какие проблемы. Пока мы перемещались ко мне, я побывал в твоей памяти и теперь знаю все, что с тобой происходило. Кстати, Ева шикарная девчонка.

— То есть мне не придется тебе ничего объяснять?

— Верно. Никогда не придется. Я всегда буду знать, что творится с тобой. Но ты можешь вызывать меня и попросить о помощи. И, если я сочту нужным, то обязательно помогу тебе.

— Спасибо!

— Теперь к делу. Ты был в замешательстве и не знал куда двигаться. Чем я могу помочь тебе? — вмиг посерьезнел он.

— Бандиты, нанятые Бивневым, добрались до моей семьи. Я хочу найти Бивнева и объяснить, где раком зимуют. Ты можешь подсказать, где он находится? — я выжидательно посмотрел на него.

Биг задумался лишь на секунду, а потом покачал зеркальной головой.

— Пока нет. Но я буду постоянно следить за пространством вокруг тебя, и, если он появится в поле моего зрения, я тебе сообщу.

— Хорошо, спасибо тебе.

— Нам теперь долго работать вместе, так что, будем помогать друг другу, а теперь тебе пора, — он щелкнул пальцами, и я вновь очутился в своем доме.

Тут с комнаты Семена послышался взволнованный голос Егора.

— Рома, иди сюда!

Я выскочил в коридор и бросился к Семену. С замершим сердцем я взглянул на слугу и с облегчением выдохнул. Семен открыл глаза и недоуменно переводил взгляд с доктора на меня и обратно.

— Ваше Сиятельство, что случилось-то? — разлепил он пересохшие губы.

— Вас, голубчик, отравили. Можете вспомнить, как это случилось?

Я отправил Егора на кухню за водой, а сам сел на кровать Семена и внимательно посмотрел на него.

— Отравили? Кто? — он наморщил брови и потер переносицу.

— Когда я пришел, дверь была открыта. Вспоминай, кому ты открыл дверь?

— Хм… Я помню, что постучали как раз, когда я выключил горелку. Помнится, я переставил кастрюлю с супом на стол. Затем вытер руки и пошел к двери. Крикнул: Кто там? Ответили, и я открыл.

— Кто и что ответил? Кто был за дверью?

Мне казалось, что это должен быть не кто иной, как осведомитель Бивнева.

— Вспоминай Сема, это очень важно, — я взял его за руку и чуток сжал.

Я видел, что он силится вспомнить, но не может.

— Амнезия. Возможно, из-за яда. Скажите, любезный, вы что-то ели или пили, прежде чем упали без сознания?

— Не помню. Последнее воспоминание, как я иду к входной двери. Все, больше ничего. Пусто в голове, — он затравлено посмотрел на меня.

— Все хорошо, Семен. Главное, что ты жив, — успокоил я старика.

Лекарь откашлялся, обращая на себя внимание, и показал мне на медную полоску, которая лежала на груди Семена.

— Артефакт вытянет яд, и верните мне его обратно. Держать не меньше часа. А я, пожалуй, пойду. Рад, что вы выжили после отравления, — он похлопал слугу по плечу и, кивнув мне, зашагал к выходу.