Книга Титан империи 8, страница 8 – Константин Зубов, Александр Артемов

— Не уверен, что Светлана сама захочет забрать лучшую жизнь из рук того, кто повинен в гибели ее отца, братьев и всего рода.

— Хуже. Она, возможно, попытается тебя убить, — горько ухмыльнулся Герасимов. — Я свою дочурку знаю, и она всегда была крайне импульсивной. Возможно, она уже идет по твоему следу, чтобы отомстить. Полагаю, если она появится в Фаустово, у тебя останется всего два варианта действий — либо убить мою дочь, либо помочь ей примириться со смертельным врагом. Я прошу тебя выбрать второе… Что скажешь, Неро?

— Выбор с Душеловом у меня тоже небольшой: либо дождаться, пока меч сам лопнет, либо дать возможность Душелову покуражиться под Омском. Естественно, я выберу второе. А насчет вашей дочери… Запомните, Александр Христофорович — если все, что вы сказали про Душелов — ложь, Светлану найду не я, а она.

И я указал на Амальгаму.

— О, да, хозяин, — сказала нексонианка и подошла к Герасимову вплотную. — Если окажется, что все это коварный план, чтобы загнать моего хозяина в ловушку, Светлана Александровна попадет в мои сети.

Она оскалилась, и таким жутким образом, что даже мне стало не по себе. Затем нексонианка подняла Душелов и уткнула острие Герасимову в грудь.

— Я найду ее и выверну наизнанку, — тихо проговорила Гама. — Буквально. И при этом она будет жить, а ее нервные окончания станут чувствительнее втрое. Уж поверьте, Александр Христофорович, лгать Скалозубовым — плохая идея.

И прежде чем он успел ответить, Душелов затрясся и из него полезли руки. Когда они вцепились в Герасимова, старик устало прикрыл глаза, а меч снова ослепительно вспыхнул.

Свет рассеялся, и на месте гостя осталась только кучка несъеденного винограда.

Гама присела на краешек стола, вогнала клинок в ножны и положила ногу на ногу.

— Это правда? — спросил я, проморгавшись. — Ну, про «вывернешь наизнанку» и при этом она будет жить?

— Что за чушь? Нет, конечно! — улыбнулась Гама, покачивая ножкой. — Я просто откушу ей голову, и все. Зачем впустую тратить силы на пытки? Они нам еще понадобятся.

— Гама, ты просто душка, — вздохнул я и покосился на телефон.

Надо бы набрать Герду и узнать, что там с этой Герасимовой. Или чуть обождать, когда на горизонте будет хоть чуть-чуть светлее?

Все же моя ненаглядная инквизиторша крутится как белка в колесе, и беспокоить ее среди ночи не очень вежливо. Как ни крути, я ей много чем обязан, а она никогда не отказывает.

Вот тебе, Женя, еще одним геморроем больше! Мало тебе Омска и приближающегося Нексуса, так еще где-то ползает обезумевшая от отчаяния дочурка Герасимова и, мечтая о мести, воет на луну.

Чертовы Герасимовы! Казалось бы, загнал вас всех давно в могилу, ан нет! Даже с того света тянут и тянут ко мне свои липкие ручонки.

Так, надо подумать… Если эта Светлана в тюрьме, то увы, Александр Христофорович, я сделал все, что мог. А если на свободе, то…

Чувствую, ничего хорошим ее биография не кончится.

С другой стороны, предложение Александра Христофоровича было весьма интересным.

* * *

Из забытья Герду вырвал телефонный звонок.

— Ну что за мудила… — простонала она, отрывая голову от подушки.

Кажется, телефон она оставила на прикроватном столике, но там его не оказалось. Под кроватью? Нет! Где же он?

Черт, когда ее повысили, радости Герды не было предела, но очень скоро реальность внесла свои коррективы и радость сменилась унынием.