Книга Я все еще царь. Книга #31, страница 41 – Сириус Дрейк

— Это для нас, — сказала Лора, оказавшись у странной плиты.

Толстой и Данила шли рядом. Они все еще опасались, что нас могут разделить.

— Лора, что ты узнала? Давай отчет.

— Что ж, — она создала себе кресло и уселась, закинув ногу на ногу. — Лабиринт.

Предварительно стены меняются с таймингом пятнадцать минут. Также происходит экстренное смещение, когда идет угроза конструкции. При этом я вижу, что Гоголь также начал сканировать стены, отсюда и пошли локальные смещения. А значит, если мы найдем подсказки… — и она недвусмысленно кивнула на плиту с отпечатком ладони. — То, вполне вероятно, сможем понять, как выбраться.

— Что по остальным?

— Владимир как-то мог влиять на все это безобразие, и если мы поймем как, то вполне сможем всех вытащить, и при этом не дать остальным нас догнать. А теперь клади руку на плиту!

Болванчик уже осмотрел местные достопримечательности, так что оставалось только это.

Подойдя ближе, я вытянул руку.

— Михаил, ты уверен? — нарушил гнетущую тишину Толстой. — А вдруг это ловушка?

— Сомневаюсь, — пожал я плечами. — Скорее всего, это что-то, что поможет нам разобраться в лабиринте. И скорее всего, оно работает только на Кузнецовых.

Я положил ладонь на плиту и пустил разряд энергии.

По каменной кладке пошли светящиеся линии, похожие на молнии. Они постепенно окутали весь зал и раздался женский голос:

— Как же я ждала, что однажды кто-то найдет это место!

Голос оказался знакомым. Как будто где-то я его уже слышал, но где?

— Мила? — произнес Толстой. — Мила, это ты?

— Привет, Лева, вижу ты отрастил бороду?

— Я так рад тебя слышать! Где ты?

— Лев, это только остаточные сигналы моего сознания. Володя специально сделал меня такой, чтобы я была похожа на его жену. Собственно, так и есть… Конечно, я не настоящая Мила Кузнецова, и это только для того, чтобы обучить нового приемника, как пользоваться лабиринтом, — пояснил голос. — Как только он поймет, то я исчезну.

— Ого, — вмешалась Лора. — Она права. Это действительно образец частички души. Кем вообще был этот Владимир, раз умел в такую магию?

Вопрос был хоть и риторический, но и мне было любопытно.

— Юный Кузнецов, ты готов?

— Скажи, что ты помнишь о своем муже? — перебил я ее.

— Мои воспоминания ограничены только образами и именами. Я не знаю никаких деталей из жизни моего супруга, — ответила она. — Это в том числе и для безопасности этого места.

— Понимаю, — кивнул я. — Да, готов.

— Открой мне свое сознание, — раздался голос.

С противоположной стороны от нас раздались громкие шаги. И Болванчик успел показать, кто это был.

— Лев Николаевич, будьте аккуратны, — предупредил я. — К нам сейчас выйдет Исполин.

— Понял, Мишенька, ты давай, не отвлекайся, а мы их задержим, верно? — он посмотрел на Данилу так, как дед смотрит на нерадивого внука.

— Мы? — удивился он.

— Лора, помоги им. Болванчик в твоем распоряжении, — после чего я закрыл глаза и погрузился во внутреннее хранилище.

Удобно было и то, что на центральном острове в башне была отдельная дверь с надписью «Сознание», куда мы с Лорой и зашли.

Белая, бесконечная пустота.

— Молодой Кузнецов, скажи, ты не боишься потерять всех, кого ты любишь? — неожиданно спросила Мила Кузнецова.

— Боюсь, — честно признался я.

— А если я скажу, что тогда ты не получишь доступ к знаниям лабиринта?