Книга Я все еще царь. Книга #31, страница 40 – Сириус Дрейк

* * *

Как только Федор с Антоном откололись от нас, стало чуть спокойнее. Лев Николаевич был собран. Вот в ком я был уверен, так это в нем. Ни капли слабины. Зато Данила…

Собственно, а что я ожидал? Он гонщик, а не маг и боец.

— Держись ближе, — сказал я Дание.

— Да я бы с удовольствием приклеился к вам, если это поможет!

Я же отслеживал других наших товарищей. Болванчик приклеился к каждому к груди для большей достоверности. Заодно мне будет известно их состояние.

Теперь интерфейсы каждого у меня перед глазами.

Онегин шел на север. В противоположную от нас сторону. Сердцебиение ровное. Ни капли тревоги.

Федор же, наоборот, испытывал бесконечный восторг, граничащий с безумием. Но и тут все предсказуемо. Когда у него выпадет такая возможность, побегать в таком интересном лабиринте?

Антон же был раздражен такой компанией.

Но они оба шли параллельно с нами, и это уже радовало.

— Я думаю, что с ними ничего плохого не случится, — уверенно заявил Толстой, — Володя не такой, чтобы гробить всех подряд.

— Откуда такая уверенность? — дрожащим голосом произнес Данила. — Я уже достаточно наслушался про этого мужика… И мне кажется, что он вполне мог так сделать.

— Эх, фигню ты мелешь, маленький водитель, — вздохнул Толстой. — Зачем ему убивать нас? Это не логично.

В чем то я был с ним согласен, но не до конца.

Лора продолжала считывать информацию, чтобы понять, как нам двигаться и какая логика у изменения комнат.

Но первые звоночки случились не у нас. А у Антона и Федора. Одна группа их только что нашла.

* * *

Федор и Антон.

— Не ссы, маленький Есенин, твой отец бы тебе этого не простил! — неспешно шагая вперед, говорил старший Дункан.

— Кто сказал, что я ссу?

— Да брось. Я чувствую запах страха.

— Это все, конечно, невероятно интересно, и я рад, что ты обожаешь всех нюхать. Вот только мне не страшно.

Высокий мужчина замер и повернулся. Тень падала таким образом, что половины лица не было хорошо видно, и только улыбка от уха до уха выделялась в тусклом свете.

— Ох, а что тогда? — он принюхался. — Презрение? Гнев?

— Я думаю, это не твое дело, — спокойно, глядя в глаза, ответил Антон и прошел дальше.

— Эх, пацан, это все лирика. Давай, натяни на рот улыбку. Возьми баночку варенья! А я тебе расскажу, откуда у меня эти шрамы…

И пока он болтал, чуть впереди открылся проход в длинный коридор.

Вдалеке виднелись фигуры людей в форме. И судя по тому, что они замерли, то их тоже заметили.

— Надо спрятаться, — прошипел Антон. — Быстро, отступаем.

И не дожидаясь ответа Федора, направился дальше по коридору. Но быстро понял, что напарник не идет следом.

— Отступать? — услышал он слова Федора и обернулся.

Последнее, что он успел увидеть, как этот долговязый псих радостно бежал по направлению к группе военных. Стенка закрыла проход, оставив Антона одного.

* * *

— Федор ускакал к солдатам, Антон остался один, — пояснил я Толстому.

— Не удивительно. Возможно, парню так будет даже безопаснее.

Лора продолжала сканировать ближайшие коридоры и вывела нас в большой зал. Тут было много чего интересного.

Если в первом мы нашли только соленья и лампочку, то тут были картины, стойки с ржавыми доспехами и шкафами со склянками с мутной жижей. У дальней стены была плита, совсем как в моей портальной комнате. Там было место для руки.