Книга Я не царь. Книга #24, страница 2 – Сириус Дрейк

— Читала, — кивнула Света и разжала кулаки.

— Вот именно, так что если ударишь первой, то можешь попрощаться со своей семьей. Уж я тебе это обещаю! — расплылся в улыбке Баскаков. — Вы долго меня бесили! Ты и Кузнецов, и Кутузова, и Есенины, и все твои дружки…

— Я не собираюсь этого слушать.

Света взяла сумку и пошла прочь. Баскаков сделал вид, что запнулся, и опрокинул на нее кружку с соком.

— Упс! — хихикнул он. — Я не нарочно! Все видели, что я просто запнулся!

Все вокруг кивнули.

Света не собиралась ввязываться в конфликт. Вокруг слишком много враждебно настроенных людей. Лучше просто перетерпеть, а потом, когда она найдет отца, вышибет из него всю дурь.

Николай подошел и наклонился:

— Я заставлю тебя выйти за меня или превращу твою жизнь в ад. Как тебе насмешки за спиной?

— Так это ты распускаешь слухи?

— Кто знает, кто знает…

Света подняла руку, чтобы вытереть лицо, но Баскаков отшатнулся.

— Что, ударить решила⁈ Ну давай!

— Я не собираюсь тебя бить… — вытеревшись, сказала Нахимова.

Сзади послышались приближающиеся шаги.

— Зато я собираюсь! — и Баскакову в лицо прилетела нога Фанерова.

Зависнув в воздухе, он перекувыркнулся и ударил двумя ногами еще двоих его дружков, а затем приземлился.

— Как увижу твою морду, так хочется ее ударить! — маниакально улыбаясь, произнес Фанеров.

Его со спины обошли еще два парня. На этот раз Женя ограничился парой тычков по носу. Оба упали на задницы.

— Ну что ты⁈ Порадуй меня, Коленька! — Фанеров схватил Баскакова за ворот рубашки и приподняв, поставил на ноги. — Давай, смотри, кулачки вот так…

Он поднял его руки и забил ими ему по роже.

— Эй! Зачем ты себя бьешь? Зачем ты себя бьешь⁈

— Отвали! — вырвался Баскаков и тоже упал на задницу.

— Если собрался драться, то дерись до конца! — ткнул в него пальцем Фанеров. — До крови, до смерти! Пока смерть не разлучит нас!

— Пришел защищать свою подружку⁈ — стараясь не зареветь, прошипел Баскаков.

Фанеров удивился и, повернувшись, увидел Свету.

— О, Нахимова, приветик! — помахал он рукой. — Как дела? Давно приехала?

— Привет, Женя. Вчера.

Но Фанеров отвернулся к своему спарринг-партнеру и присел перед ним на корточки:

— Спасибо, что предупредил, а то я как увижу твою рожу, так перед глазами муть. Ну так что, драться будем⁈

— Да пошел ты, псих! — выкрикнул Баскаков и, сорвавшись с места, убежал. За ним устремились и его побитые амбалы. Девочка замыкала процессию. В дверях они натолкнулись на Марка Трубецкого и Леню.

Фанеров повернулся к Свете.

— Ой, Нахимова, а ты че, облилась? — прищурился он и достал из нагрудного кармана платок. — Держи. Вытрись, а то будешь липкая. Кстати, платок японский. Моя О-Рен сшила.

— Спасибо, Жень, честно…

Парни подошли к Свете.

— Что случилось? — поинтересовался Марк. — Женя, ты чего, опять не смотрел, куда идешь?

— А это не я. Это Баскаков! — развел руками обиженый Фанеров.

— Да, не ругайтесь на него, — улыбнулась Света. — Все нормально.

Они вернулись за стол. Парни принесли еду и чай.

— Слушайте, вам со мной сидеть не рекомендуется, если не хотите подпортить репутацию.

— Что? — удивился Фанеров. — Моя репутация непоколебима!

— Нам, в целом, наплевать, — пожал плечами Марк, Леня кивнул. — Может, пойдем в бар вечером? Заодно расскажешь, как съездили?