Онлайн книга «Это кто переродился? Трилогия»
|
— Пусть идет, а пока мы посмотрим, какая рожа у этого… — еще одно движение, и мое лицо было полностью свободно. — Этого… Раздался звон — несколько монет, выпав из бинтов, покатились к ногам Зорина. Я помог ему: сорвал последнюю тряпочку и вздохнул. А так дышалось куда легче. В зеркале гардеробной отразилась дрожащая фигура Зорина, а рядом и мое лицо. Еще немного опухшее, но уже совсем не такое страшное, как в лавке. Узнать меня можно было без труда. Вот и Зорин узнал. Судя по его морде, он страшно пожалел о том, что трогал ножницы. — Обу… Обу… Обу… — Привет, Позорин, — сказал я. — Что, не любишь стоять в очереди? — Нет, я… Просто… Звякнув, ножницы выпали у него из пальцев. Я же кивнул на монеты у него под ногами. — Подними мое золото, будь другом. Покраснев до кончиков ушей, Зорин принялся собирать монеты. Вдруг снова появился шмель — и радостно жужжа, кинулся к моему недругу. — Ты… Брысь! Уйди! — стонал тот, пытаясь поднять очередную монету с пола. — Пожалуйста… Окружающие удивленно посматривали на эту сцену — сначала на этого гордого аристократа, не желающего знать ничего, что «задевает его честь», а потом на меня, который одним взглядом заставил его трепетать. На шмеля тоже посматривали — особенно на то, как он елозит у него по темечку. — Вон, вон еще одна, — говорил я, пока Зорин ползал вокруг огромного фикуса. — За кресло закатилась. — Где… Не вижу… Ай! Он меня ужалил! И весело жужжа, шмель устремился обратно опылять цветок. По щекам Зорина катились слезы, а среди стоящих в очереди начали раздаваться первые смешки. Я же поманил Зорина пальцем, и он смирно мне в руку все золото. — Ты уже идешь к травматологу, — спросил я, — или тебе помочь? — Нет, я сам… — и вжав голову в плечи, он устремился прочь. Правда, не в коридор, где располагались кабинету, а в туалет. Сложив золото в карман, я облегченно вздохнул и коснулся своего лица. Возможно, к врачу мне и не нужно. А вот Марьяне… Кстати, где она? Что-то ее долго нет. * * * В больничном туалете. Закрывшись в кабинке, Марьяна придирчиво рассматривала свою руку. Кисть ужасно чесалась, и если на улице это еще получалось терпеть, то в больнице она словно с цепи сорвалась. — Зараза… Что за дела? — проговорила Марьяна, распутывая перевязь. Только показалась кожа, как девушка охнула. Рука была вся в красных полосах вен, а вот от раны ни следа. — Интересно… Она точно помнила, как ее схватила та лапища. А потом была жуткая боль, и там словно что-то хрустнуло. А теперь… Вдруг кто-то влетел в туалет и приземлился в соседнюю кабинку. — Обухов, чертово ничтожество! Какой позор! О… отомщу-у-у! Будет у меня землю жрать, сволочь!.. Где этот сраный «решала»⁈ Марьяна насторожилась. Шипели отчего-то мужским голосом, и это в женском туалете? Кроме того, при чем тут Ваня⁈ Он-то каким боком оказался тут? Впрочем, не удивительно… Встав, Марьяна осторожно поставила ногу на унитаз и приподнялась над краем панели между кабинками. На соседнем месте сидел белобрысый парень и кому-то звонил. — Давай-давай, отвечай уже, подлец! Сука, бери трубку! Але! Ты где⁈ Почему еще не занялся Обуховым! Он замолчал — на той стороне «провода» послышался спокойный, немного насмешливый голос. — Что значит «некуда спешить»⁈ Этот негодяй преследует меня всюду, куда бы я ни шел! Ты хочешь, чтобы меня убили, да? Он же терроризирует меня, ты… |