Онлайн книга «Это кто переродился? Книга 4»
|
— Я думал, тебе это польстит… Так что? И его глаза засверкали любопытством. — Олаф РЕАЛЬНО убил тебя? Я вздохнул. Еще не хватало кормить его байками о прошлом. — Ты видишь у меня хвост, крылья и рот полный клыков? — терпеливо проговорил я. — Я занимаю все помещенеие и изрыгаю пламя? Нет, значит… — Но КАК⁈ Как вообще ему удалось убить тебя? Я никогда не поверю, что такого зверя, смог убить один единственный человек, пусть и сильный! Он что, подкараулил тебя во время… И маг замолк. — Ты слишком любопытен, Вергилий, и однажды это уже почти убило тебя. Удовлетворись тем, что все, сказанное в легенде, в целом правда. — Жаль, — хохотнул бывший маг с ноткой разочарования. — А я втайне надеялся, что все это ложь… Как и всегда у Дарьи Алексеевны. — Ты ходишь по лезвию. — В самом деле? А разве ты не замечал, что в городе практически не осталось ни памятников, ни портретов ее мужа, ни, тем более, сына? — Как такое не заметить, — сказал я, припомнив сколько памятников Олафу мы переплавили в котле Амадея. — Что, она не первый раз вытворяет подобное? — Нет, а ты никогда не замечал за ней подобных… — и маг хохотнул. — Склонностей? Богатого воображение. Умения юлить? Водить людей за нос? — Нет, — холодно проговорил я. — Не замечал. — Поверь, я не хочу Тебя оскорбить. Просто у одного из моих знакомых, в строжайшей тайне, хранится целая коллекция «исторических портретов» семьи Дарьи Алексеевны. От самого старого из известных до тех, что висели в кабинетах до недавних пор. И все они разные. — Вот это новость, — фыркнул я. — Люди со временем меняются? В самом деле? — Я не об этом… Знаешь, что еще век назад, после твоей кончины, Дарью никогда не изображали на портретах в одиночестве? Она всегда была в окружении родни, даже умершей. Ведь по сложившимся тогда обычаям правила не она и даже не Олаф, а весь их клан? Я заинтересованно приподнял бровь. Почему-то никогда не задумывался о том, что у Дарьи есть родители. Да, в мое время Королевством правил какой-то монарх, но кто он, из какой династии и вообще, чем знаменит, мне было совершенно не важно. — И что? Хочешь сказать, что когда, старики умерли, их перестали писать? — Конечно. А ведь раньше их групповые портреты насчитывали целую плеяду лиц, — хохотнул Вергилий. — Но стоило только старшему поколению уйти, а Дарье поплотнее усесться на троне, как изображения всех ее родственников пропали даже из учебников по истории. А затем и имена… С этими словами Вергилий пропал в одном из проходов, и мне какое-то время пришлось побродить между полок, чтобы отыскать бывшего мага. — Нашел! Как хорошо, что в брошенных особняках и не слышали об актуальной политике! Он вышел мне навстречу, широко улыбаясь. В руках у него была сильно запылившаяся картина. Смахнув с нее пыль, он водрузил ее на стол у окна и медленно отошел в сторону. Картина была старая, потрескавшаяся. Края украшала череда миниатюр с бородатыми физиономии, а в центре стояли шесть человек, двоих из которых я хорошо знал. Это была Дарья с Олафом. Остальные же, очевидно, были родителями супругов. Все четверо стариков гордо улыбались, глядя на художников. Олаф тоже. Дарья же… Она тоже улыбалась, но вот глаза оставались холодными как лед. — Мой знакомый сказал, что сначала «стерли» отца с матерью, — указал Вергилий на парочку за ее спиной. — Потом упоминания о предках Дарьи Алексеевны, которые ОЧЕНЬ почитались при старом Короле. Он показывал мне свою коллекцию старых вариантов учебников, где о них были целые биографические разделы, которые с каждым новым изданием становились все короче и короче, пока просто не превратились в «легенды» о безымянных королях и королевах. Затем, спустя годы, «потерялись» сведениях о родителях Олафа — каких-то там заморских конунгов — затем пришел черед отпрыска самой Дарьи, Василия Олафовича. Никогда не замечал, что ни с отцом пугающе похожи? |