Книга Это кто переродился?, страница 94 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

Но те двое не посмели даже приблизиться к норе. Толкнув девушку ко входу, мигом кинулись наутек. Девушка же не сделала и шагу. В ответ из пещеры прозвучал еще более грозный рык. Лица культистов побелели.

— Вы чего встали, трусы⁈ — и Жрец заозирался. — Кто-нибудь проводите ее в объятья мужа! Есть добровольцы?

Однако среди этих рьяных поклонников некоего Повелителя, добровольцев отчего-то не нашлось.

Кроме одного.

— Можно мне? — вызвался я, подходя к Жрецу. — Всегда хотел поглядеть на Него хоть одним глазком.

— Вот это истинный слуга Повелителя, — кивнул Жрец. — Как твое имя?

— Брат Доброжмых.

— Отдай принцессу нашему господину, брат Доброжмых, и возвращайся. Тебя ждет награда.

— Золото?

Откинув голову назад, Жрец рассмеялся.

— Хорошая шутка. Нет, конечно. Еще одна тарелка каши с квасом. А золото, — и он поднял руки вверх. Перстни на его жирных пальцах и руно на плечах заблестели в свете факелов. — Принадлежит Повелителю!

— Если оно принадлежит Повелителю, то отчего оно не в пещере? — спросил я.

— Вольнодумствуешь, молодой человек! Ну, ничего, мы направим тебя на верный путь. А сейчас…

И он указал пальцем на дрожащую девушку.

— … веди ее к мужу! Быстрее!

Я прихватил с собой факел и повел бедняжку в пещеру. Та начала упираться, но все было тщетно. Взвалив девушку на плечо, я широкими шагами направился в темноту. Крича во все горло, она принялась лупить меня по спине.

Тьма нас окутала кромешная, факел разгонял ее всего лишь на пару шагов. Пахло тут примерно так же как в канализации.

Вскоре девушка устала и повисла на мне.

— Успокоилась? — выдохнул я. — Как тебя зовут?

— Вика… Прошу, я не хочу…

— И не будешь. Сейчас мы убьем эту гадину и обратно.

Из глубины пещеры снова зарычали — и очень натурально. Девушка опять заплакала.

— Будет тебе… — закатил я глаза. — Думай о хорошем. Думай о… Золоте.

Она даже перестала плакать. Я же поглядел на ее цепочку.

— Как вы собираетесь его убить⁈ Он же…

— Умер век назад. Его победил олух по имени Олаф, не слышала? А раз так, то убить эту ящерицу раз плюнуть.

Девушка только хлюпнула носом.

— … Ты что же, не веришь в возвращение?

— Какое там возвращение? Ты видела золото на плечах этого толстяка? — и я хохотнул. — Если бы это было оно, золото сверкало бы у Него под брюхом, а не на телесах всяких жрецов.

Несмотря на мой уверенный тон, девушка продолжала дрожать, и я спустил ее на землю. Она тут же рванула назад, но я крепко схватил ее за руку.

— Хочешь умереть?

— Нет…

— Сзади тебя точно ждет смерть. Стоит тебе выйти, культисты разорвут тебя в клочья. Хочешь жить? Иди со мной.

И я пристально посмотрел ей в глаза. Часто заморгав, она вытерла слезы, затем громко высморкалась.

— Все? Отлично, идем.

Мы пошли дальше. Теперь уже она крепко держала меня за руку.

— … Дура, поверила своему парню, — бормотала она на ходу, теребя свой кулон. — Он сказал, что тут друзья… Тут хорошо, есть на кого опереться, но нужно носить эти идиотские рясы… А я, дура…

Скоро мы остановились. Под ногами что-то белело.

— Ой, — охнула Вика, разглядев человеческий череп. — Мамочка…

Костей был целый ковер. Девушка попыталась сбежать, но рядом снова раздался рык, и она с писком упала на колени.

— Не хочу! У меня дочь!

Раздались шаги. Тяжелые, а еще скрип по камню. Оно приближалось.