Книга Это кто переродился?, страница 92 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

Через пару куплетов мы добрались до глухого забора, за которым располагались заброшенные здания. У ворот Гена заглушил двигатель.

— Все на выход! И помните первое правило культа Возвращения Его: Все, что вы увидите, это священная тайна!

Толкаясь и наступая друг другу на ноги, мы вылезли наружу. Украдкой приподняв повязку, я огляделся. Кажется, когда-то это был завод, но с тех пор много воды утекло. Полнейшее запустение.

Мы вошли в полуразрушенное здание, и за порогом нас встретил еще один человек в рясе и капюшоне.

— Стой! Кто идет?

— Это Гена… Кхм… Вернее, брат Геннадий. Веду неофитов на церемонию инициации.

Хмурый культист осмотрел всех пятерых, а затем поглядел на меня.

— Ты! Что ты ищешь в Культе⁈

Мне очень хотелось сказать «золота», но я ответил:

— Мудрости. Смирения и Правды.

Это его удовлетворило.

— И ты найдешь их здесь. Все в Культе знают Правду!

Сняв повязки, мы пошли дальше. Коридор сменился лестницей, и мы начали спускаться. На глубине я наконец-то почуял золото — очень много золота.

Наконец мы вышли в темное сырое помещение, откуда-то зазвучали поющие голоса, а затем появились мужчины в рясах.

— Стой! Кто идет?

— Брат Геннадий, веду неофитов к Верховному Жрецу.

Вперед вышел культист.

— Прежде чем предстать перед Верховным, сдайте золото во благо культа! — и он подставил нам блюдо.

Пятеро балбесов, даже не моргнув, отдали им все до последней копейки. О днище звенели монеты, серьги, броши, позолоченные часы, обручальные кольца и просто какие-то камешки. Каждый стук заставлял мое сердце стучать все чаще.

Наконец культист подошел ко мне.

— Сдай золото и обрети Бессмертие!

Тут я решил поспорить:

— Золото принадлежит Ему. Ты что, Он?

Лицо культиста приняло озадаченное выражение.

— Какая дерзость! Все золото служит Его воле! У тебя что, нет золота?

— Есть, но оно не для тебя, человек. Оно принадлежит Ему.

Однако в наш спор вступил Гена:

— Иван обещает даровать золото лично Ему, когда мы примем его в наши ряды. А потом найдет вдвое больше ценностей. Так, Иван?

Я довольно кивнул. Искать ценности — это я люблю. Правда, вы их вряд ли увидите.

Культист, однако, сомневался. Но все же уступил.

— Хорошо… Теперь облачитесь в рясы, — кивнул он на кучу вонючих мешков в углу. — Помните, что вы полностью отрекаетесь от мира за этими стенами. Даже от ваших имен вам придется отречься.

Мы переоделись, а затем направились на звуки пения. Скоро гул от наших шагов стал отскакивать от грубых каменистых стен. Впереди показался дрожащий свет десятков факелов, и мы добрались до пещеры, где было много людей в рясах. Среди них на троне сидел престарелый мужчина в алом облачении и в желтой накидке. Вернее, не желтой — а золотой. Она состояла из колец, монет и цепочек. Еще множество золота сверкало в одеянии его дружков, окруживших главного кольцом.

— Ты… Ты же не хочешь их всех…. — опять заныл Иван.

— Хочу, — шепнул я. — И сделаю. Та накидка мне не помешает.

Мы подошли ближе, а затем Жрец крикнул:

— Приветствую, братья! Сегодня вы обретете новую семью! Вы обретете Повелителя!

Нас окружили остальные культисты.

— Теперь вы должны поклясться, что полностью отрекаетесь от мирской жизни, — продолжил Жрец. — Для вас нет законов, норм морали и правил. Нет государства. Нет королей и авторитетов. Только Он, наш Повелитель!