Книга Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ, страница 153 – Антон Панарин

Фрол, стоящий рядом, кашлянул в кулак и присоединился к поздравлению:

— Михаил Константинович, я благодарен вам за то, что дали мне второй шанс.

— Рад, что ты им воспользовался, — кивнул я, пожав руку бывшему уголовнику и нынешнему гвардейцу.

Следом к нам направился Игнат Борисович. Он подошёл к нам неуверенным шагом, остановился и просто смотрел на Венеру.

— Папа, — тихо сказала Венера и шагнула к нему, сдавив того в объятиях.

Великий абсолют Российской Империи ничего не ответил, а просто разрыдался. Пришлось привести его в чувства. Я шагнул вперёд и обнял его, сказав:

— Папулечка!

Игната Борисовича словно током ударило. Он отпрянул назад. Кашлянул, вытер слёзы, и его лицо стало серьёзным:

— Михаил. Ты получил величайший дар, который только может быть у мужчины. Мою дочь. Она умная, красивая, сильная. Но при этом ранимая. Береги её. Защищай. Люби. Если когда-нибудь обидишь… — он не закончил фразу, но взгляд красноречиво говорил о том, что меня ждёт, если я причиню Венере боль.

— Не обижу, — твёрдо пообещал я.

— Вот и славно, — кивнул Игнат Борисович и пожал мне руку, настолько офийциально, что мне пришлось дёрнуть его на себя и крепко обнять. — Ну всё. Всё. А то ещё подумают, что у нас с тобой тёплые отношения, — буркнул Водопьянов, пытаясь отстранитьтся, хотя пытался он, мягко говоря, не слишком убедительно.

Следующим к нам протиснулся через толпу Архип Пантелеймонович Евстахов, советник Императора по внутренним делам. Высокий худощавый мужчина лет шестидесяти с проницательными глазами и седеющими волосами. Одет строго, но дорого. Рядом с ним шёл Артём, мой брат, ставший Императором после свержения старого режима.

Артём выглядел непривычно официально в императорском облачении: расшитый золотом камзол, мантия из алого бархата. Корону он не напялил, и на том спасибо. Хотя и мантию надеть его заставил тот же Евстахов. Под руку с братом шла обворожительная девушка с чёрными волосами до пояса, красивыми глазами и фигурой, которая заставляла всех мужчин в зале украдкой оглядываться.

— Миша! — выкрикнул Артём, забыв на секунду о своём императорском достоинстве. — Поздравляю! Вы с Венерой просто созданы друг для друга!

Он обнял меня и по-братски похлопал по спине:

— Спасибо. За всё. Если бы не ты, я бы подох, так и не выбравшись из Екатеринбурга.

— Когда ты выделываешься, я порой жалею, что мы не бросили тебя там, — усмехнулся я.

— Да иди ты. Шутник чёртов, — широко улыбнулся Артём.

Евстахов кашлянул, привлекая внимание, и церемонно поклонился:

— Ваше высочество Михаил Константинович, госпожа Венера. От имени Императорского двора и лично от себя передаю наилучшие пожелания. Пусть ваш союз принесёт процветание всей Империи. — Он протянул свиток в кожаной обложке. — Императорский указ о даровании вам земель в придунайских провинциях.

Земли? Я покосился на Артёма, который виновато улыбнулся:

— Сюрприз. Екатеринбург я забираю и перенесу туда столицу. А ты можешь организовать семейное гнёздышко на Дунае. Там отличные места, должен тебе сказать…

Прежде, чем я успел ответить брату, к нам пробился Измаил Вениаминович Шульман. Он будто бы спешил, поэтому вмешался в наш разговор. Торговец был одет в дорогой чёрный костюм, на голове была кепа, по бокам которой свисали две кудряшки, так называемые пейсы. Он улыбнулся и протянул мне небольшой сундучок, заговорщически подмигнув: