Книга Эволюционер из трущоб. Том 16, страница 80 – Антон Панарин

Существ моментально вдавило в снег. Послышался хруст ломаемых костей, а я наконец-то смог выстрелить. Реальность перевернулась, и я оказался в чистом поле за городом. Я снова выстрелил и телепортировался. Потом ещё раз. И ещё. С каждым прыжком становилось всё труднее, каналы маны горели огнём, а сознание начало затуманиваться от перенапряжения. Но я продолжал двигаться вперёд, упрямо не желая сдаваться.

В какой-то момент перед глазами появились образы чужих жизней, я услышал забытые голоса людей, которых я никогда не знал. Схватил с земли горсть снега, растёр по лицу и шее, вроде, стало легче.

— Великий Кашевар слетает с катушек. Просто замечательно, — вздохнул я.

Полторы тысячи выстрелов спустя я наконец увидел впереди очертания города. Высокие башни, уходящие в небо, величественные здания, покрытые снегом. А ещё дорожный знак, надпись на котором гласила «Варшава». Сделав последний рывок, я телепортировался прямо к воротам Королевского замка и рухнул на колени, хватая ртом воздух. Снова стошнило кровью.

Оглядевшись по сторонам, я увидел, что гарпии всё ещё преследуют меня, но теперь к ним присоединился и птерос. А, нет, птерос тут не один. Как минимум, их десять, судя по энергетическим точкам; и ещё нечто, куда крупнее птероса. Примерно раз в десять. Жуть какая. Король Червей что, подчинил дракона или что-то подобное?

Тяжело дыша и чувствуя, как по спине стекает холодный пот, я побрёл в сторону замка. Нужно было найти укрытие, поесть и выспаться. А завтра… Завтра я найду этого выродка. Чего бы мне это ни стоило.

Город был прекрасен, совершенно не тронут разрушениями, словно время застыло в момент его расцвета. Дома стояли ровными рядами, мостовые слегка припорошены снегом, фонари горели тусклым светом, отражаясь в замёрзших окнах. Но самое жуткое заключалось в том, что здесь не было ни единой живой души.

Стерильная тишина давила на барабанные перепонки, заставляя сердце биться чаще. По пустым улицам гулял пронзительно воющий ветер, поднимая в воздух снежные вихри и разнося их по дорогам. Снег скрипел под ногами так громко, что казалось, будто весь город слышит каждый мой шаг. От этого по коже побежали мурашки, а в душе поселился первобытный страх, которому я изо всех сил сопротивлялся.

Холодно. Чертовски холодно. Дыхание вырывалось белыми облачками пара, пальцы коченели даже в перчатках, а лицо обжигало морозом. С каждой минутой темнело всё сильнее, небо затянуло плотными тучами, и я понял, что скоро начнётся метель.

Есть хотелось так сильно, что живот сводило судорогой, а усталость свинцовой тяжестью навалилась на плечи. Нужно было найти укрытие и передохнуть, иначе я просто вырублюсь.

Тяжёлые дубовые ворота замка поддались на удивление легко, словно меня ждали. Внутри было темно, но теплее, чем на улице, и это уже было маленькой победой. Я призвал небольшое пламя на ладонь, чтобы освещать путь по длинным коридорам, украшенным гобеленами и портретами давно умерших королей. Их глаза словно следили за мной, но я старался не обращать на это внимания, списывая всё на усталость и перенапряжение.

Королевские покои располагались на третьем этаже в восточном крыле замка. Массивная дверь из красного дерева, инкрустированная золотом, распахнулась с протяжным скрипом. Внутри меня ждала роскошь, от которой захватывало дух. Огромная кровать с балдахином, застеленная бархатными покрывалами, давно погасший камин, полный углей, мягкие ковры, расшитые золотыми нитями. Комната выглядела так, будто хозяин только что вышел и вот-вот вернётся.