Книга Эволюционер из трущоб. Том 13, страница 29 – Антон Панарин

Я запихнул золотую пластинку в пасть жабы. Пластина засветилась и исчезла, а на её месте появились две такие же заставив меня улыбнуться.

— Первое правило казино: прикорми лоха? — весело проговорил я и засунул в рот жабе ещё одну пластинку.

На этот раз она исчезла безвозвратно. Я запихнул ещё и ещё одну пластину. И через пару минут понял, что теперь у меня на десять пластинок меньше, чем было в начале. Хммм… А если… Я взял пустое пространственное кольцо и запихнул в пасть жабы. Из яркой вспышки к моим ногам вывалились два точно таких же колечка.

— Весьма неплохо, — уважительно кивнул я, но больше играться с жабой не стал. Вместо этого вытащил телефон из кармана и позвонил бабушке. — Маргарита Львовна, в моей комнате куча золота. Пересчитай его, пожалуйста, и обналичь. А ещё поговорил с Барбоскиным. Во время моей вылазки в китайский дворец я случайно обнёс Имперскую сокровищницу.

— Фу. Михаил, что за слова? Обнёс. Тебе нужно меньше общаться со всяким отребьем, а то станешь таким же солдафоном, как и твой отец. — Сказав это, она замолчала, видимо, вспомнила о сыне, сидящем в темнице. — Хорошо. Вечером буду в Кунгуре. Дождёшься меня?

— Нет, бабуль, мне нужно отправляться на чёртов бал, — вздохнул я и почесал глаз.

— Вот как. Тогда удачи тебе, и если подвернётся возможность, сверни шею моей сестрёнке.

— Ха-ха. Обязательно так и поступлю.

Я положил трубку, принял душ, навестил маму, потрепался с Гавриловым, обсудив вчерашний праздник. Навестил кузнецов, трудящихся в поте лица. А на закате приоделся и отправился в столицу.

Город утопал в свечении праздничных огней. Тут и там проезжали дорогущие машины, везущие на бал весь цвет нации. Зеваки же столпились на улицах, любуясь этой роскошью. Я проскользнул через толпу и спустя пятнадцать минут оказался на проходной. Генерал Вяземский заметил меня и потащил без очереди на территорию дворца.

— Пропустите его. Это герой войны, — стальным тоном произнёс Вяземский, приобняв меня за плечи.

Аристократы зло зыркали в нашу сторону, но никто не посмел возразить.

— Рад, что вы меня заметили, иначе… — начал было я, но договорить не успел.

— Ха-ха! Михаил Даниилович, это я безмерно рад, что вас швырнули в горнило войны! Если бы не вы, то и я, и мои люди, и вся Империя пала бы под натиском китайцев! Вы настоящий герой! Пусть в очереди стоят толстозадые ублюдки, до последнего отсиживавшиеся в своих имениях, — расхохотался генерал и пренебрежительно посмотрел на аристократов, стоящих на проходной.

Мимо нас прошел Водопьянов с дочерью. Князь коротко кивнул, приветствуя меня, а Венера улыбнулась и помахала мне стальными пальчиками правой руки.

— Оу. Вижу, для вас есть компания поприятнее, чем общество старого вояки, — протянул Вяземский. — В таком случае я настаиваю, чтобы вы отправлялись прямиком внутрь, а я… Константин Палыч! И вы здесь? — воскликнул генерал и отправился обнимать очередного приятеля.

Оставшись в гордом одиночестве, я направился ко входу. Величественный Императорский дворец переливался сотнями светильников, драгоценные люстры рассыпали блики по золотым украшениям стен и колонн. На мраморных ступенях застыл почётный караул, а бесчисленные гости, разодетые в роскошные наряды, медленно текли по широким коридорам в огромный зал для приёмов.