Книга Эволюционер из трущоб. Том 13, страница 26 – Антон Панарин

Послышался звонкий смех. Ко мне подошла мама, держа на руках сестрёнку, и положила руку мне на плечо.

— Мишка, ты такой молодец, — улыбнулась она и поцеловала меня в щеку.

В душе стало так тепло и приятно. Жаль, что Лёха раньше не чувствовал подобного. Ну ничего, сегодня мы это исправим.

На центральную площадь вошла группа разломщиков. Грязные, уставшие. Серый толкал вперёд Лешего, прикрыв ему глаза руками.

— Да что за цирк? Серёг, убери уже руки, — бурчал Леший, хмурясь.

Сергей не стал его мучать и убрал ладони от его глаз. Леший замер, разинув рот от удивления, и не мог произнести ни слова. Его глаза растерянно бегали из стороны в сторону, а в следующую секунду толпа грянула:

— С днём рождения!

Первым к Лешему подбежал Гаврилов, обнял паренька и всучил ему пакет с подарком. Со всех сторон сразу же посыпались поздравления. Егорыч с торжественным видом вручил Лёхе отличный охотничий нож. Макар гордо передал сумку с вяленым мясом, мама протянула коробку с печеньем, а бабушка вручила толстый вязаный шарф, предупредив, чтобы зимой без него никуда.

Леший принимал подарки, едва сдерживая слёзы, а выражение лица у него было такое, будто он не может поверить в происходящее. Я не уверен, но мне кажется, что сейчас Лёха счастлив. По крайней мере, я никогда не видел, чтобы он так широко улыбался.

Спустя мгновение небо взорвалось разноцветными огнями праздничного салюта. Все уставились вверх, а я же смотрел на Лешего. В свете ярких вспышек я увидел, как слёзы радости покатились по его щекам. Мальчишка вытирал их, но слёзы всё текли и текли. Я подошел к другу и приобнял его за плечи.

— Всё хорошо, Лёх. Ты больше никогда не будешь один. Мы твоя семья.

Лёха ничего не ответил, так как заревел в голосину. Хорошо, что фейерверков я купил много, а взрывались они громко. Стоявшие же рядом делали вид, что не замечают слёз Лешего. Оно и правильно. Зачем смущать парня?

Праздник продолжался до самой ночи. Люди постепенно начали расходиться. Я же сел на ступеньки управы и наблюдал, как люди исчезают в тёплой летней ночи. На душе было так хорошо, что хотелось петь. Вот бы гитару и костёр сюда. Мои мысли прервал Леший. Подойдя ближе, он смотрел в землю, слегка смущаясь, затем поднял глаза и тихо сказал:

— Спасибо, Мих. Правда… У меня такого никогда не было.

Я улыбнулся и попытался схватить друга за ногу, но тот увернулся.

— Поздравляю с потерей деньрожденческой девственности, — усмехнулся я.

— Дурак, — хихикнул Лёха.

— Топай отдыхать. Я немного посижу и тоже пойду. Надо к балу готовиться.

— А-а-а, ну да. Герой всея Руси, — улыбнулся Лёха. — Готовься, что на балу твою задницу вылижут до кристальной чистоты.

Я тяжело вздохнул и спросил:

— Может, Мимо поправит тебе лицо, и ты вместо меня туда сходишь?

— Ага. Разбежался. Я в одном поле с этими му… — Лёха замялся, подбирая слово помягче. — В смысле, высокопоставленными ганд… — и снова промах. Кашлянув, он продолжил. — Гхм… Я имел в виду, особами. Да, высокопоставленными особами. Короче, не имею желания общаться.

— Я тоже, Лёх. Я тоже. Как думаешь, может Артём согласится?

— О-о-о! Этот-то точно обрадуется. Только ты смотри. Один раз пустишь его в высший свет, и дороги назад не будет. Нос задерёт так, что проткнёт им небосвод, — ответил Лёха и засмеялся.