Книга Эволюционер из трущоб. Том 13, страница 2 – Антон Панарин

Не уверен, что меня хоть кто-то услышал, однако я точно знал, что у всех есть пространственные артефакты, ведь никто не тащил на себе рюкзаки во время путешествия.

Краем глаза заметил, как Пожарский двуручным клинком рассёк пополам отрицателя. Меч буквально прожег броню, однако, разваливаясь на части, отрицатель успел нанести удар. Искривлённый клинок пронзил плечо Пожарского, затем ещё один разрубил бедро. Абсолют упал на колено, обагряя площадь кровью, и яростно заревел:

— Идите сюда, чёртовы выродки! Я прикончу вас всех!

В небе над нашими головами вспыхнула ярко-алая пентаграмма, сотканная из языков пламени.

— Кретин! Решил нас всех угробить⁈ — заорал Шереметев, пытаясь отогнать отрицателей, стремящихся срубить голову Пожарскому.

— Ха-ха! Да, мы уже трупы! — рассмеялся Пожарский, продолжая вливать ману в заклинание.

Слева от меня на Водопьянова насели сразу пятеро. Он ловко уходил от атак, ровно до того момента, пока его не ранили в бок. Роняя капли крови, он одной рукой зажимал рану, а другой продолжал отбиваться, периодически выбрасывая в сторону противника волны холода и прикрываясь ледяными стенами.

Понятия не имею, как Водопьянов умудрился проморгать замах врага, подкравшегося сзади. Ему за спину зашел здоровенный азиат и замахнулся шипастой булавой, желая размозжить голову абсолюта. Однако, нанести удар он не успел.

Острые жгуты теней перехватили его булаву на замахе, а после я в один прыжок оказался рядом. Молот обрушился на колени противника, сломав их, а когда тот рухнул на землю, я размозжил ему череп и отправил бездыханное тело в пространственный карман.

Однако, Водопьянову всё равно досталось. Серпом ему рассекли кожу на лбу, из-за чего кровь начала заливать глаза, следом он получил мощный пинок в живот, заставивший его пролететь мимо меня. Рухнув на мостовую, он с трудом поднялся на ноги и кивнул мне в знак благодарности. Что ж, благодарить было за что. Я отбросил молот в сторону и вытащил катар, которым тут же вскрыл себе вену на левой руке.

Боль разлилась до самого плеча, но это было не важно. Я выбросил руку вперёд, отправляя в полёт десяток кровавых лезвий. Со свистом они достигли цели и вгрызлись в броню четырёх отрицателей. И знаете… Кислота действовала, но не сказать, что быстро. Доспехи отрицателей задымились, в них начали появляться дыры, однако эти черти всё ещё пёрли в атаку.

— Оторва, я выбираю тебя, — улыбнулся я, призвав ружьё.

Мощный выстрел отбросил азиатов назад, ослепив меня на секунду. Однако, их доспехи сожрали львиную долю урона. Следом я призвал автомат, выданный его Императорским величеством. Высадил всю обойму. Яркие лучи ударялись о доспехи, рикошетили во все стороны, но прожечь сталь так и не смогли.

Впереди раздался крик. Это был Шереметев. Противник ловким движением скользнул ему под руку и полоснул Шереметева по лицу. Князь взревел, пошатнулся и упал, хватаясь за кровавое месиво, где ещё секунду назад был его глаз.

Справа послышался ещё один крик. Каменева окружили сразу шестеро азиатов. Несмотря на его гранитную кожу, оружие противников мелькало с такой скоростью, что броня Каменева не выдержала натиска и стала разлетаться мелким крошевом. Когда доспех покрылся трещинами, боец с обоюдоострым мечом нанёс колющий удар в солнечное сплетение.