Книга Эволюционер из трущоб. Том 13, страница 17 – Антон Панарин

Я подошел ближе и выбросил из пространственного кармана перепуганного Китайского Императора. Абсолюты и гвардейцы замерли, разинув рты. Первым с изумлением справился Шереметев, его обычно спокойное лицо выражало обеспокоенность.

— Ты… ты что натворил, Михаил⁈ — спросил он, разинув рот и не веря своим глазам.

Я только равнодушно пожал плечами, пнув Императора ногой в бок, отчего тот завалился на землю, словно мешок картошки:

— Решил пригласить Тигуань Иня в гости. Покажем ему наше гостеприимство, а заодно он лично принесёт свои извинения Ивану Васильевичу. Или ты считаешь, было бы лучше отрубить голову этому болвану?

Пожарский, которому лекарь в этот момент обрабатывал глубокий порез на груди, не выдержал и расхохотался. Смех был искренним и громким, он даже закашлялся, смахивая выступившие на глазах слёзы.

— Ха-ха-ха! Да! Вот он, вот человек, ещё более отбитый чем я! — воскликнул он, хлопая себя ладонью по колену и широко улыбаясь. — Я знал, что ты меня не разочаруешь! А значит, наша битва станет настоящей жемчужиной в моей коллекции сражений.

Я усмехнулся, слегка склонив голову набок.

— Главное, Ярополк Степанович, чтобы ты меня не разочаровал. А то слов много, а на деле…

Водопьянов, держась за перебинтованную руку, едва не захлебнулся смехом:

— А ему палец в рот не клади. Ха-ха. — Водопьянов посмотрел на Пожарского и добавил. — Похоже, молодое поколение скоро отправит нас на пенсию.

Пожарский отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

— Тебе-то на пенсию давно пора. А я ещё повоюю, — хмыкнул Пожарский и с вызовом посмотрел на меня. — Не забудь о своём обещании.

— Я бы с радостью позабыл, да вы, Ярополк Степанович, без конца о нём напоминаете, — вздохнул я и посмотрел на Императора. — Будьте добры протянуть мне ваши изнеженные ручки, — улыбнувшись, сказал я.

Цинь Гуангли, зыркая из стороны в сторону, выполнил мой приказ и спросил:

— Что со мной будет?

— Если честно, то мне ваша судьба не интересна. Вы не только уничтожили будущее своей страны, но и растоптали соседей. — Он собирался возразить, но я защёлкнул на его предплечьях антимагические наручники и резко потянул на себя. — Мне не интересны ваши оправдания. Из-за вашей трусости погибли сотни тысяч человек, а может, и миллионы. Вы это понимаете?

Цинь Гуангли нервно сглотнул и кивнул, повесив голову.

— Вот и славно. Тогда готовьтесь к аудиенции у Императора Романова. Уверен, ему будет интересно послушать о китайской чайной церемонии, а также о том, как вы допустили полномасштабную войну.

— Но вы ведь разграбили… — начал было Тигуань Инь, но договорить не успел.

Телефон Шереметева заливисто затрезвонил, заставив абсолюта вздрогнуть. Шереметев поднял трубку, выслушал что-то несколько секунд и с лёгким удивлением повернулся ко мне:

— Это его величество Иван Васильевич. Он хочет поговорить с тобой.

Я слегка нахмурился, теряясь в догадках, это абсолюты успели доложить о моих успехах в нашей вылазке или у Императора имеются другие наблюдатели? Как бы там ни было, я взял телефон из рук Шереметева и приложил к уху:

— Слушаю, ваше величество.

На том конце провода раздался неожиданно весёлый голос Романова. Его веселье показалось мне совершенно неуместным на фоне кровавой бойни, учинённой по его воле.