Книга Эволюционер из трущоб. Том 11, страница 121 – Антон Панарин

Толстяк на мгновение застыл, словно поражённый громом, но молодой аристо уже отчаянно толкал его в бок, кивая и бормоча:

— Немедленно выполним, ваше сиятельство. Простите ещё раз за недоразумение!

Я удовлетворённо кивнул, наблюдая, как они, продолжая извиняться и кланяться, поспешно ретировались в конец очереди под тихий смех окружающих аристократов. Кто-то одобрительно кивнул мне, кто-то уважительно поклонился. Я же, игнорируя очередь, направился к чиновничьему кабинету.

А что такого? У меня нет времени стоять в очередях, опять-таки эти граждане живут на моей земле и получают весьма серьёзные скидки на покупку продовольствия. В конце концов, я сражаюсь за их жизни каждый день. Могу ведь я в кои-то веки не стоять в чёртовой очереди?

Я толкнул дверь кабинета, ожидая увидеть привычную картину Имперского бюрократа. Строгого и надменного чиновника, возможно, даже в мундире с гербами и наградами. Но за столом сидела седая старуха, одетая в потертое серое платье и очки с толстыми линзами, поверх которых она смотрела на меня с явным недовольством.

— Чаво вам? — хмуро спросила она деревенским говором, словно я отвлёк её от крайне важного дела.

Не желая вступать в долгие дискуссии, я положил на стол толстую папку с документами. С недовольным выражением лица старуха стала изучать материалы. Смотрела на фотографии разрушений, читала слова свидетелей, даже воткнула флешку в ноутбук и посмотрела видеозаписи, на которых был запечатлён момент штурма одного из утраченных городов.

— Я хочу объявить войну графу Малышеву, — сказал я твёрдо и ровно, стараясь звучать максимально уверенно.

В кабинете мгновенно повисла тишина, густая и давящая, словно я произнёс что-то абсолютно неприемлемое. Я отчётливо услышал, как за моей спиной в коридоре начали испуганно переговариваться аристократы, которые явно подслушивали разговор. Старуха тяжело и меланхолично вздохнула, покачала головой и сказала тихо, словно обращаясь сама к себе:

— Опять молодость лезет в петлю и тянет нас за собой…

Она медленно, с раздражением, достала из ящика стола несколько листов бумаги и протянула их мне, ткнув пальцем в две графы.

— Вот тута подпись поставьте, и вот тута.

Я быстро расписался в указанных местах, чувствуя, как нетерпение и раздражение снова начинают одолевать меня.

— И как долго ждать согласования? — спросил я.

Старуха пожала плечами и, не глядя на меня, начала перебирать бумаги:

— Минимум неделю. Ждите.

Захотелось рявкнуть на неё, чтобы ускорить процесс, но я понимал, что бабка — лишь винтик в громоздком бюрократическом механизме. И всё же, неделя! За это время Малышев захватит половину графства, если не больше.

— Благодарю, — сухо сказал я, с трудом сохраняя внешнее спокойствие, и вышел из кабинета.

В коридоре мгновенно стало тихо. Аристократы замерли, глядя на меня широко раскрытыми глазами, словно я был призраком, явившимся с того света. Я не удостоил их вниманием, прошёл мимо и вышел на улицу. Там я глубоко вздохнул, чувствуя, как злость медленно затухает, сменяясь холодной решимостью. Мне не оставили выбора. Если бюрократия решила играть со мной в медлительность, я сыграю в свою игру.

— Неделя, — тихо проговорил я себе под нос, доставая телепортационную костяшку. — Через неделю всё закончится.