Книга Эволюционер из трущоб. Том 11, страница 104 – Антон Панарин

— Ого. Неслабо вы меня приложили. Даже Егорыч бил слабее, — прокряхтел я, вытаскивая изо рта выбитый зуб.

Старик при этом не проявлял агрессии, а лишь осуждающе смотрел на меня.

— Молодой человек. Проявите уважение к старости и возможно тогда вы закончите свои дни не в пыточной камере, — весьма устало, но с угрозой в голосе проговорил дед. — Зовут меня Максим Харитонович.

— Да иди ты! — воскликнул я, приподняв бровь от удивления.

— Именно так. Ты сказал, что перстень главы рода тебе дала мать. Так уж вышло, что этот перстень раньше принадлежал мне. Я же передал его своей дочке и отправил её вместе с Архаровым в Екатеринбург. И если не врёшь, то судя по всему, ты мой внук. Однако, есть к тебе пара вопросов… — Дед сделал театральную паузу и стал сверлить меня взглядом.

— Смущает мой возраст? — догадался я.

— Именно так, — кивнул старик. — На вид тебе около двадцати, а моя дочка отбыла в Екатеринбург лишь восемь лет назад и на тот момент она ещё ни разу не рожала. Вот мне и интересно, кто ты такой и откуда взялся?

— Всё просто. На самом деле мне пять… — начал было я, а после провёл несложные подсчёты. День рождения у меня девятнадцатого апреля, а нынче на дворе июль, выходит, мне уже шесть лет. Эх, так и не отпраздновал день рождения из-за чёртовых командировок. — Шесть лет. А выгляжу я таким взрослым, потому что попал во временную аномалию, — пояснил я.

Максим Харитонович пристально смотрел на меня, а его глаза засветились чуть ярче. Помедлив пару секунд, он кивнул:

— Вижу, ты не врёшь. А значит, ты либо мой внук, либо веришь в то, что ты им являешься, — размеренно проговорил дед и протянул морщинистую руку в мою сторону. — Позволишь взглянуть на перстень?

Без слов я показал ему символ рода. Максим Харитонович потянулся к мане, крошечный ручеёк тоньше человеческого волоса опутал перстень, заставив его нагреваться. На перстне проступили крошечные руны, которые я не смог разобрать. А через мгновение украшение вспыхнуло ярко-оранжевым цветом, но тут же вновь погасло.

— Идём в пыточную камеру? — спросил я, потирая глаза, ослеплённые вспышкой.

— В этом нет нужды. Перстень настоящий. А значит, ты мой внук. — Старик улыбнулся и положил руку мне на плечо. — Надеюсь, Елизавета жива?

— Живее всех живых. Кстати, совсем скоро у вас станет одним внуком больше. А точнее, внучкой. Но как ты выжил? В Империи считают, что весь род Багратионовых сгинул в аномальной зоне, — перехватил я инициативу в разговоре.

Максим Харитонович засмеялся, а после тяжело вздохнул и поманил меня за собой. Петляя по улочкам Калининграда, мы добрались до массивного здания, со стороны казавшегося заброшенным. Дед взмахнул рукой и дверь развалины отворилась, продемонстрировав нам длинный коридор, ведущий куда-то вниз.

Харитонович неспешно направился вдаль, сложив руки за спиной, я последовал за ним. На всякий случай я поднял с земли пару камней, набросил на них пространственную метку, а после швырнул камни за пределы здания. Вдруг старик окажется негостеприимным и придётся экстренно завершить посиделки?

По пути я обратил внимание, что стены сложены из древнего камня, покрытого тускло светящимися рунами. Это место было пропитано магической энергией. При желании я мог бы колдовать здесь без остановки. Мана пульсировала здесь в каждом камне и каждой песчинке. Но интереснее всего то, что эта энергия будто подпитывала Максима Харитоновича. За спиной захлопнулась дверь, и дед снова заговорил.