Книга Эволюционер из трущоб. Том 10, страница 11 – Антон Панарин

В посёлке бурлила жизнь. По улицам прогуливались влюблённые парочки. Женщины вывешивали на верёвки постиранное бельё. Мужики чинили машины, рыбачили и просто слонялись без дела. Обычная жизнь. Без налёта Барсовщины. Я имею в виду, что у местных на лицах была радость, а не страх. И это весьма странно. Почему тогда эти самые люди пытались пристрелить Ивана? Вопросов было море, а вот ответов…

Окончательно стемнело. Мимо сделал очередной круг над посёлком, и я попросил его сбросить высоту. Хотелось рассмотреть всё более детально. Ведь мне предстоит наведаться туда и… И это стало роковой ошибкой. В небо ударили лучи прожекторов, один из которых чётко вырвал из темноты мимика. Мимо моментально ослеп от яркого света, а в следующую секунду загрохотали пулемёты.

Что тут скажешь? В поселении имеется не только отличный стратег, грамотно организовавший оборону, но и толковые стрелки. Свинцовый дождь оторвал Мимо крыло. По спирали мимик стал падать в город. Онпытался отрастить новое крыло и убраться подальше, но я запретил ему это делать. А зачем? В этом совершенно нет никакого смысла.

Мимик рухнул на футбольном поле местной школы. Не разбился лишь потому, что в последний момент всё же отрастил крыло. Как только он приземлился, я использовал пространственный обмен. Прохладный ветер ударил в лицо, а по ушам резанул десятиэтажный мат.

— Евсей Анатолич! Эта хрень на поле рухнула! — послышался грубый голос.

— Шевели поршнями, Максимка! Если эта пакость ребятню завтра схарчит, Егорыч нам шею намылит! — ответил ему хриплый бас.

Вдалеке замелькали фонари. Сперва я думал спрятаться, но бежать особо было некуда, да и незачем. Два бойца с помповыми ружьями перемахнули через забор. Лучи света прорезали темноту и остановились на мне.

— Малец, а ты чё тут делаешь? А ну, брысь отсюда! — прикрикнул на меня хриплый. Кажется, его звали Евсей Анатолич. — Сюда образина крылатая свалилась. Того и гляди, на тебя бросится, — предупредил меня мужчина, зыркая по сторонам в поиске опасностей.

Яркий свет заставлял щуриться, а решение переодеться в старые обноски заставляло радоваться. Благодаря этому тряпью меня и приняли за местного. Что ж, в таком случае буду и дальше отыгрывать роль своего парня.

— Евсей Анатольевич, она вон туда полетела! Крыло сломано, высоко подняться не может! — запищал я, стараясь сделать голос максимально детским.

— Максимка, за мной! — гаркнул Евсей и пулей рванул в сторону школы. — Мальчонка, а ты беги домой! Живо! — на прощанье выкрикнул он.

— Обязательно, — усмехнулся я и неторопливо пошел на выход со школьного футбольного поля.

Перепрыгнув через забор, я очутился на хорошо освещённой улице. Обилие магазинов и лавок, на одной из которых была табличка «Улица Мира». Да, магазинчики были совсем крошечные, но весьма ухоженные. Сразу было понятно, что местные торгаши относятся к своему делу с душой. А вот забегаловки заставили меня тяжело сглотнуть, когда я вдохнул аромат, доносящийся из них.

Прямо на улице здоровенный мужик с изогнутым носом, чернющей бородой и усами жарил мясо на мангале. Он размахивал картонкой, раздувая тлеющие угли, и нараспев зазывал народ:

— У Гургена шашлыки лучшие в округе,

Заходи ко мне народ, братья и подруги!

Говорил он с лёгким акцентом. Также, помнится, говорил и мой тренер по борьбе; надеюсь, он смог выбраться из пансионата. Хороший мужик.