Книга Эволюционер из трущоб. Том 9, страница 51 – Антон Панарин

— Аркадий Емельянович, вы, как всегда, даёте надежду, а после отбираете её в самый неожиданный момент. Неподражаемо, — сказал коллектор, хлопая в ладоши.

— Да, есть в этом определённое, ни с чем не сравнимое удово… — самодовольно проговорил Юсупов, но осёкся на полуслове.

С небес рухнула чудовищная тварь. Перепончатые крылья, огромный клюв, и тело, покрытое мехом. При этом у твари были человеческие печальные глаза.

— Аркадий Емельянович! Назад! — выкрикнули коллекторы, выхватывая пистолеты, но Юсупов их остановил.

Жуткая тварь не проявляла агрессии. Напротив, подняла крылья вверх, будто собиралась сдаваться. Медленно опустившись на колени, тварь разинула клюв, внутри которого лежала видеокассета.

* * *

Погрузившись в себя, я очутился на фестивале бардовской песни. Огнёв распалил в центре пещеры огромный костёр, у которого сидел Мимо, приняв мой облик, в воздухе парила Галина, а старшина играл на пламенной гитаре и горланил следующее:

— Голодный в гетто с конём,

Бухаю я стократно,

Всё говорит об одном,

Что мусор я не в штатском,

Что ты не мой бандюган,

А я не твой ищейка,

Что у афёры нашей сел аккумулятор!

— Отставить вопли! — рявкнул я, прерывая захмелевшего духа, а вместе с этим протянул руку к костру и гитаре.

Пламя тут же расщепилось на алые искры, закружилось по спирали, втягиваясь в мою ладонь. Это позволило восполнить около десяти процентов потраченной маны.

— Бери пиво, присаживайся, — меланхолично сказал Огнёв, после чего сотворил новый костёр, ещё больше прежнего, и гитару, при этом пламенные волосы старшины слегка уменьшились в размерах. — Отдыхать тоже нужно, товарищ начальник. Ладно. На чём мы остановились? Ах, да! Малолетние куртизанки! На работу собрались! Мнутся на больших ботфортах, все изрядно… — снова стал завывать Огнёв нетрезвым голосом.

— Галя, иди сюда, — сказал я, снова поглотив гитару и костёр. Ещё пятнадцать процентов в копилочку моего мана-резерва.

— Что господин говорит? — спросила, подлетев, Галина, а её глаза смотрели в разные стороны.

— Смотрю, ты уже успела выпить пивка, — я покачал головой и прикоснулся к голему, вытянув из неё всю накопленную ману.

— Выпить пивка? Ха! — усмехнулся Огнёв. — Вон туда посмотри. — Он кивнул в сторону стены, где валялся десяток пустых бутылок. — Пока мы с Мимо по одной пили, она уже десяток усадить успела. Как бы подшивать не пришлось. Дама-то запойная. Ха-ха-ха, — заржал Огнёв и тут же затих, с опаской покосившись на меня. На этот раз он призвал только гитару.

— Огнёв, а у тебя, случаем, жены не было в прошлой жизни? — спросил я, погладив Галину по макушке.

— Знаешь, как говорят «В выборе женщины главное не ошибиться». А ещё говорят «Сапёр ошибается лишь один раз». Ну вот, я и ошибся. Но не с женщиной, — усмехнулся Огнёв.

— Не думал, что у вас в армии есть бойцы нетрадици… — пошутил я, но Огнёв воспринял всё всерьёз.

— Типун тебе на язык! Ты что такое говоришь? Михаил Константинович, я про взрывчатку, а не про вот это всё непотребство, — выпалил старшина, защищая уязвлённое достоинство, чем заставил меня расхохотаться.

— Аха-ха-ха! Да знаю я, знаю. Отдыхайте, дармоеды. А я пойду поработаю.

Восполнив запас маны чуть меньше, чем на половину, я вернулся в реальность. Выжившие разведчики сидели на болотных кочках, сжимая окровавленное оружие. На их лицах была печаль. Краем глаза каждый из бойцов посматривал на старшину, который должен был умереть в ближайшие часы. Юрий прижег рану на обрубке ноги Анисимова, но это отнюдь не исцелило старшину, а лишь продлило агонию.