Книга Эволюционер из трущоб. Том 7, страница 14 – Антон Панарин

Хабаровск.

Мрачная камера едва освещена. Скрип цепей, крики жертвы давно затихли, обратившись в едва различимые стоны. В камере пахло палёной плотью и немного гнилью. На цепях висел Константин Игоревич Архаров. Гордый барон, не склонивший голову перед системой. Барон, не простивший Императора за гибель отца. Не забывший о том, как род Императора заполучил власть.

Возможно, Архаров был единственным аристократом, кто знал о преступлениях Императорского рода. Был единственным, кто пытался всё изменить. Да, было бы проще остаться в стороне и молча взирать, как Император властной рукой перемещает на доске фигуры/фигурки, возвышая одни рода и уничтожая другие.

Но что делать, когда такой правитель решит уничтожить тебя самого? Правильный ответ «Ничего не делать и тихо умереть». Почему так? Да потому, что время, данное тебе на подготовку, бездарно упущено. Ты мог годами наращивать силу, объединять вокруг себя людей для того, чтобы в ответственный момент…

Подумав об этом, Архаров улыбнулся. А что в ответственный момент? Он десятилетиями готовился дать отпор Императору. Взращивал род, готовясь к войне против целой Империи. И что в итоге? Константин Игоревич висит на цепях, словно сушеная камбала, а вокруг него скачет уродливый карлик и отрезает куски плоти.

Палач держал в руках окровавленный скальпель. То отрежет кусок кожи на ноге, то проткнёт плоть на груди. Боль бесконечным калейдоскопом проносилась по телу барона. Острая, тупая, режущая, обжигающая, ледяная, ноющая, заставляющая сходить с ума. Но Константин Игоревич улыбался, зная, что его дети в безопасности.

От мыслей Архарова в очередной раз отвлёк удар по лбу. Карлик залез на небольшой стул и ткнул барону в лицо табличкой, на которой было написано «Куда ты спрятал детей?». Прочитав это, Константин Игоревич хрипло рассмеялся, правда смех больше походил на кашель курильщика, которому осталось жить от силы пару минут.

— Я расскажу, — с трудом выдавил из себя Архаров. — Воды.

Карлик устало вздохнул, спустился с табуретки, подбежал к столу, на котором были разложены пыточные инструменты, и бросил на него табличку. Вытер руки о фартук, после чего взял запотевший глиняный кувшин и налил ледяной воды в кружку с надколотым краем. В пару прыжков он вновь оказался на табуретке и напоил пленника.

Архарову мгновенно стало лучше, и он расплылся в самодовольной улыбке. Рядом со столом, на котором лежали пыточные инструменты, стояла тумба. На ней разместилась зеленоватая Сфера Исцеления. В радиусе пяти метров все раны затягивались в пять раз быстрее, но при этом болевые ощущения обострялись до предела. Чёртова Сфера не давала потерять сознание или умереть.

Впрочем, Архаров не торопился на тот свет. Зачем? Ведь ему предстояло рассказать множество сальных шуток. Правда, сложно это сделать, когда в горле пересохло. А из-за артефакта его поили раз в трое суток, может, реже. Сделав последний глоток воды, Константин Игоревич с облегчением выдохнул и заглянул в бездонно-чёрные глаза карлика.

— Что ты там спрашивал? Где мои дети? — тяжело дыша, переспросил Архаров, и карлик кивнул. — Мои дети спрятаны в яйцах. Если Император хочет их достать, то пусть присылает свою мамашу. Говорят, она чертовски хорошо работает ртом.