Книга Не грози Дубровскому! Том 13, страница 99 – Антон Панарин

— Эй. Это я вообще-то собирался на него поставить. Ставь на другого, — возмутился монгол.

— Нет, Гантулга, я не дурак делать ставку на того, кто точно проиграет.

— Господа, рановато вы меня хороните. С прошлого спарринга, я освоил десяток новых техник. Уверен, я смогу удивить Виктора Игоревича, — улыбнулся Тополев.

— Ставлю пять тысяч на то, что Дубровский уничтожит его, не моргнув и глазом, — меланхолично сказал Антип.

— И я пятёрку ставлю. Виктор Игоревич его точно раскатает, — поддержал Гантулга.

— Ну вы и наглецы, — усмехнулся Тополев. — Я принимаю ваши ставки.

— Сражаемся только на мечах или с использованием всего имеющегося арсенала? — спросил я.

— Разумеется используем всё, что есть, — заявил Тополев и резко отпрыгнул на пять метров назад, обнажив клинок.

— Тогда говорите, когда начнём пое… — начал было я, как вдруг Тополев сорвался с места и понёсся в атаку.

Но так уж вышло что… Тук. Тук. Тук. Время замедляется, мир теряет краски и звуки. Костлявой рукой сжимаю душу Тополева, он оступается и падает на асфальт. Тук. Тук. Тук. выхожу из небытия и вижу, что Никита Юрьевич дрожит от первобытного ужаса, не понимая, что с ним случилось.

— Я же говорил, что он проиграет, — усмехнулся Антип и, подойдя ближе, протянул Тополеву руку, помогая подняться.

— Ч-ч-что это было? -заикаясь, спросил Тополев.

— Это мощь нашего господина, — с гордостью пояснил Гантулга. — Вы ему не ровня. Но если желаете отыграться, то мы с Антипом к вашим услугам. С радостью сразимся пару раз. Да, Антип?

— А чего нет-то? Если есть шанс выиграть ещё немного деньжат, то им нужно пользоваться. Ха-ха-ха. — Капитан моей гвардии расхохотался и хлопнул Тополева по спине так, что тот едва снова не упал на колени.

— Отыграться? Нет, спасибо. Что-то мне подсказывает, что у Дубровского служат не менее сильные люди, чем он сам.

— Вам только кажется, — отмахнулся Гантулга. — Порой мне кажется, что если бы мы набросились на Виктора Игоревича всей гвардией, то он перебил бы нас, как котят.

— Тебе не кажется, — хмыкнул Антип. — Ладно, идём выпьем. Вадим Станиславович презентовал новое пойло, не терпится попробовать.

— Ага. Надеюсь, никто не помрёт от этой гадости, — ухмыльнулся я. — Что ж, я оставлю вас, раз уж поединок окончен.

— Стойте, Виктор Игоревич, ещё на пару слов, — сказал Тополев.

Гантулга и Антип отправились в банкетный зал, а мы с Никитой Юрьевичем задержались на парковке.

— О чём вы хотели поговорить?

— Виктор Игоревич, я хочу вас поздравить.

— Со свадьбой?

— Нет.

— С новым титулом?

— Нет.

— С тем что у меня такие отличные друзья, как вы? — Я приобнял его за плечи и почувствовал, что Тополев до сих пор дрожит. Что ж. Понимаю. Не каждый день приходится чувствовать как твою душу сжимает своими лапами сама смерть.

— Не только, — кивнул Никита Юрьевич. — Тесть рассказал по секрету, что вас уже назначили на пост министра здравоохранения. Сам император дал на это добро. Остались лишь незначительные нюансы в виде бумажной волокиты. Но очень скоро вас уведомят и попросят явиться в министерство.

— О-хо-хо! А вот это и правда отличные новости! Никита Юрьевич, Евдакия будет счастлива.

— Что? Какая Евдакия? — не сразу понял Тополев. — А! Евдакия! А она тут при чём?

— Ну, как же? Она станет моей правой рукой в министерстве. Евдакия Павловна давно мечтала перестроить всю систему здравоохранения, не смею отбирать у неё это удовольствие.