Книга Не грози Дубровскому! Том 12, страница 68 – Антон Панарин

— А ты чего грязный, как чёрт? Впрочем, не важно. Три наряда вне очереди научат тебя опрятности. — Бросил сержант, окинув меня взглядом с ног до головы. — Веди.

— Есть, три наряда! — Козырнул я и отвел жиртреста к водохранилищу, где без лишних сантиментов укутал лозами и забросил в яму к моим сослуживцам, а после принял облик толстяка.

А дальше всё пошло как по маслу. Добрался до резиденции и вошел через главный ход. У дверей стояли два солдата, которые наотрез отказались меня пропускать.

— Полковник Горелик сказал, что вход разрешен лишь высшим чинам, — сообщил боец и уставился на меня, как новорождённый телок.

— Чего вылупился, осёл пучеглазый⁈ Немедленно зови полковника! Это дело государственной важности! — прорычал я, скрипя зубами.

Боец подумывал, не послать ли меня на три буквы, но всё же решил перестраховаться. Спустя десять минут он вернулся и привёл с собой полковника. Мужчина лет пятидесяти, половина зубов заменена на стальные, очевидно зубы он потерял в сражении, которое, скорее всего, проиграл.

— Докладывай, — сухо сказал полковник, опалив меня презрительным взглядом. Видать, ему не понравились мои пышные бока.

— Товарищ полковник, это довольно щепетильная информация, я могу озвучить её только с глазу на глаз.

— Ну пойдём, озвучишь. Только оружие сдай, — Горелик кивнул солдатам и те обыскали меня отобрав пистолет.

Знали бы они, что у меня в пространственном хранилище имеется гаубица, то ни за что на свете не пустили бы в резиденцию герцога. Полковник провёл меня по просторному коридору, кишащему солдатами, в свой кабинет и запер дверь.

— У меня мало времени. Через двадцать минут начнётся военный совет с герцогом. Выкладывай, что у тебя, и убирайся к чёртовой матери.

— Как скажете, — улыбнулся я и парализовал полковника с помощью артефактной монеты.

Горелик был сильным одарённым, но все его потуги оказались бесполезны. Как бы он ни старался, паралич не собирался отступать. А когда я выпил его ману повиликой, он и вовсе потерял сознание. Пришлось связать полковника и запереть в шкафу. Ну что ж. Совещание начнётся через пятнадцать минут, как хорошо, что я на него приглашен. Улыбнувшись, я вышел из кабинета.

В коридоре я наткнулся на двух бойцов, идущих в сторону выхода. Один из них был толст и румян, прямо кровь с молоком, второй, похлипче и пониже ростом, выглядел на его фоне сущим подростком.

— Смирно! — рявкнул я и вальяжно направился к человеческим статуям. — Ты свободен, — я зыркнул на крупного бойца и перевёл взгляд на доходягу, испуганно посматривающего на меня. — А курносый останется.

— Есть! — гаркнул первый и ушел, оставив меня наедине со вторым.

— Сопроводи меня к пленным.

— А-а к кому именно? — заикаясь, спросил курносый.

— Ты идиот? — прорычал я, нависнув над бойцом.

— Вас понял. Прошу за мной, — пискнул парень и, ускорив шаг, направился к лестнице, ведущей на нижние этажи.

Здесь охраны было значительно меньше. Шесть бойцов у лестницы, ещё двое сторожили вход в дальнюю комнату. Здесь пахло плесенью, а свет постоянно моргал. Слева послышались сдавленные крики.

— А-а-а! Пшеки проклятые! — взвыл мужчина, которому явно было чертовски больно.

— Бобр, курва! Ты у меня заговоришь несмотря ни на что. Если мне потребуется срезать с тебя всю кожу, то, поверь, я это сделаю, а потом исцелю тебя, и снова её срежу. И так я могу веселиться до бесконечности, — пробасил невидимый палач.